В этот момент меня не существовало. О себе надо было забыть. Эта мысль помогала сохранять хотя бы внешнее спокойствие.
Среди фотографий нашлись результаты биопсии с диагнозом…
И свежая выписка из больницы с описанием первой химиотерапии, проведённой всего несколько дней назад.
Места для сомнений совсем не осталось. Всё стало предельно ясным.
Капитошка продолжал прыгать и тявкать. Я взял его нежно за шкирку и закрыл на кухне. Вернувшись к дочке, сказал:
— Ариша, мама и вправду заболела, но не стоит этого так сильно пугаться.
— Но это же рак! Я в фильмах видела…
— Ариша, послушай меня, — я старался говорить максимально уверенно и спокойно. Если дочь знает, как мне дорога её мама, а она знает, то должна почувствовать — раз я спокоен, для этого должна быть причина. — Рак действительно очень серьёзная болезнь. Но, в том числе из-за фильмов, многие думают о нём неверно. Понимаешь, рак бывает разным. Это не одно заболевание, их много. И он бывает на разных стадиях. Если его рано обнаружили, то шанс вылечиться очень большой.
— А у мамы как?
— У мамы начальная стадия, мама умница, что быстро обратилась к врачу. И тот тип рака, который у неё, очень распространённый, и его очень-очень хорошо умеют лечить. Понимаешь?
Дочь продолжала всхлипывать. Зазвонил телефон, и этот звук показался мне оглушительным.
Звонила Лида.
Я приложил палец к губам, показав Арине, что не нужно плакать.
— Алло.
— Вадим, Ариша у тебя? — с тревогой спросила Лида. Сердце сжалось от звука её голоса. — Я отошла по делам буквально на час, возвращаюсь — а её нет!
— Да, не переживай, всё хорошо.
Ей просто стало… э-э-э… одиноко в квартире. Извини, забыли тебе сообщить. Как-то спонтанно вышло.
— Ф-фух, а то я так перепугалась, когда вернулась домой.
— Всё хорошо! Выдыхай, Лида.
— Ну ладно. Она тебе точно не помешает?
— Точно, даже не думай об этом.
Мы попрощались. И я внезапно понял, что больше всего на свете хочу сейчас быть рядом с ней. Чтобы Лида ни секунды не думала, что одна будет сражаться со свалившейся на неё болезнью.
Нет, её семья будет рядом на протяжении всего пути излечения. Так же, как это было когда-то со мной.
Арина явно немного успокоилась.
— Давай я тебе кое-что покажу… Разувайся и иди в кабинет.
Чуть позже Арина застала меня листающим старый фотоальбом за моим рабочим столом.
— Ты, наверное, не помнишь эти фотографии. Я давно их показывал. Или ты их тоже для мамы фотографировала, шпионка?
Я нежно потрепал дочку по волосам, и она невнятно улыбнулась.