— Ага, богато живут люди, — сказал Лёха, явно угадав мои мысли. — Даже шикарно, нам на зависть."
"Пока мы обедали, за окном ничего интересного не происходило. Четверо в чёрном так и стояли у своей машины, время от времени к ним подходил кто-то из местных. Затем в конце улицы показался военный УАЗ с тентом, подкативший к воротам и остановившийся рядом. Из него, с пассажирского сиденья, вылез военный уже вполне обычного, офицерского вида, который тоже прошёл в калитку, закрывшуюся за ним. И почти сразу следом подъехал ещё один УАЗ, из которого выбрались трое бойцов, двоих из которых я узнал — это были те самые, которые недавно интересовались, как переделать обычного «козла» в подобное тому, что сделали мы.
— Совещанка там какая-то, — сказал Лёха, тоже внимательно глядя в окно. — И вояки местные, и эти из Центра, и бандиты, и «базарные» из Подмосковья. Интересно, о чём они там?
— Кто знает… — задумчиво ответил я.
Наблюдать пришлось недолго. Калитка распахнулась настежь, и из неё начали выходить люди. Одного из них я узнал сразу, хорошая зрительная память помогла — это был тот самый здоровый мужик, что забрал у нас из машины проститутского вида девку после инцидента со стрельбой.
Узнал его не только я, потому что Татьяна толкнула меня в бок и спросила:
— Узнаёшь?
— Узнаю, конечно.
За главного, а может, за гостеприимного хозяина в компании был худой и лысый мужик лет за сорок, потрясающе уголовного вида. Даже кисти его рук, выдававшиеся из рукавов спортивного костюма, были синими от татуировок, словно он их в медном купоросе травил.
И этой самой рукой он сделал приглашающий жест как раз в сторону трактира, в котором мы и сидели.
— Ага, переговоры перешли в обед, — прокомментировал Шмель.
Смотрели в окна уже все, откровенно любопытствуя. Пришлось даже призвать к порядку, намекнув на то, что глазеть так же на этих людей, когда они придут в трактир, будет неприлично, а возможно, что и не безопасно.
Пока они шли в нашу сторону, солдат под кличкой Матроскин подбежал к здоровяку и начал что-то ему говорить, горячо и быстро.
Тот кивал время от времени, потом пожал плечами и сделал какой-то жест, который я расценил как «делай как знаешь».
Солдат тоже кивнул, схватился за «короткую» рацию и вызвал… нас.
— «Пламя», «Пламя», Матроскин вызывает. «Пламя», как принимаете?
— Чисто принимаю, — ответил я. — Чего хотел?
— Старший торговаться готов, — послышался голос в наушнике. — Вы где?
— В трактире, куда ваш старший сейчас топает, — усмехнулся я.
