Может, им просто нечего сказать?
Я уже начал отходить в сторону, чтобы присесть хотя бы на оставшиеся пару минут, но тут Тоско сказал:
– Погоди. Есть. Петр Семенович на связи.
– Где вы? – спросил эсбэшник.
– Там же, – тут же ответил Тоско. Картинка из штаба шла, но плохонькая, так что я лишь посмотрел, как выглядит наш главный подозреваемый. Неплохо он выглядел. Может, чуть уставшим.
– А Оператор где? – недоуменно спросил Петр Семенович.
– В резерве, – спокойно ответил Тоско. – Половина теперь в резерве.
Накрыли нас, с одного залпа.
Сначала эсбэшник кинулся задавать вопросы, но тут же остановился.
– Ладно, потом. Не суть. Убирайтесь оттуда, быстро убирайтесь. Сверху решили, что ситуация с заражением неуправляема. Кто-то надавил на военных. Подлетное время – меньше восьми минут.
– По собственному городу – тактикой? – поразился Тоско.
– Не тактикой, – ответил эсбэшник. – Но не лучше. Радиус сплошного поражения – четыре километра, и еще восемь – зона отчуждения. Все будет гореть, сильно и долго.
– У нас гражданские, – сообщил Тоско. – человек восемьдесят.
– У вас теперь семь с половиной минут, чтобы удалиться. Догадайтесь, где будет эпицентр?
Тоско посмотрел на все еще стоящего рядом Богослова. Тот понял его без слов, побежал, крича на ходу:
– Схватили все, что успеваете, и БЕГОМ!!! Быстрее. Парни, «шалунов» вперед. Быстро, убираемся отсюда.
– Понял, – сказал Тоско эсбэшнику. – Уходим. Еще что-нибудь скажете?
– Это… Олега… – Петр Семенович задумался на мгновение.
– Нет, ничего. Бегите, быстро бегите.
– Дай мне его на секунду, – попросил я."
"Если Тоско и удивился, то показывать этого не стал. Лишь пожал плечами и начал говорить, уже на волне взвода:
– Желаемая точка – на карте. Двухэтажное здание больницы «скорой помощи». Семь километров. Там может быть запас вакцины от бешенства, хоть какой-нибудь. Всем, кто прибудет первыми, – зачистить здание, укрыться и держать оборону.
– Петр Семенович, по поводу Оператора… – начал я.
– Пусть он хоть после смерти Олегом станет, а? – попросил он. – И вообще потом. Вернешься – договорим. Главное, вернитесь. Сделайте все, как надо, и вернитесь.
Я его понял. И, похоже, он понял меня.
Надеюсь, что нас не поняли остальные, что слушали этот канал. Ведь кто-то из них, слишком хорошо посвященных в дела взвода тактических операций, но не знающих о смене наших дронов, без сомнения, был кротом.
Я шагнул вперед, к выходу.
