– На земле у нас хотя бы видимость, что от нас что-то зависит. От нашей скорости там, реакции, от того, как хорошо мы работаем и как слаженно. А в вертолете… до первой ракеты.
Богослов выпрыгнул из машины, не дожидаясь полной остановки винтов. Я спрыгнул вслед за ним.
– Поэтому, – он многозначительно поднял палец, – я вожу с собой вот это.
Напарник махнул рукой с зажатым в ней двойным рюкзачком, который вроде как должен был вешаться на спину и на грудь одновременно.
– Парашют? Такой маленький? – удивился я.
– Нет. Система экстренного приземления. Ее вообще-то для прыжков с многоэтажек используют, но и мы обычно невысоко летаем. Как только запускаешь, быстро выбрасывает ударные тормозные пленки. Те же парашюты, только много, и каждая действует всего долю секунды, лишь слегка тебя притормаживая. Пленки из наноматериала, очень тонкие, так что при активации в пятидесяти метрах от поверхности их срабатывает до сотни. Останавливая падение почти до нуля, но при этом относительно плавно.
Полная жесть. И страшно до жути. Летишь к земле, активизируешь, и вдруг начинаешь чувствовать, что замедляешься, но при этом тебе кажется, что тебя ничто и не держит. Каждая пленка сбрасывается сразу, ты видишь за собой лишь серебристый хвост. А потом подлетаешь к земле и встаешь на ноги.
– Мне дашь попробовать?
– Из вертолета спрыгнуть? – ухмыльнулся Богослов.
– Можно с высотки, если найдем. Или с вертолета. Только, может, для начала в воду?
– С высоты хоть в воду, хоть в бетон, разница невелика.
– Все ж как-то спокойней.
– Да. Сейчас иди, сдавай модули. Только не забудь забрать управляющие блоки с выживших.
– С каких выживших? – не понял я. – Ты о двух моих машинках?
– Да, с них. Управляющие модули забери. Завтра собирались привезти новые модели, так что они тебе понадобятся.
– Зачем? Если новые модели?
– Ты хотя бы примерно себе представляешь, какой искин в этих дронах? Новичкам всегда дают стартовый, заводской. Если кто-то… выбывает, то их дронов забирают друзья.
Если дронов не берет никто, то они отправляются вместе с владельцем. В могилу, в крематорий или просто в тихий домик в деревне. Кому как повезет. Так вот. Эти искины саморазвиваются. Накапливают опыт в реальных схватках. Привыкают к твоей манере ведения боя. Ты и сам в них можешь потом кое-что подкрутить, если захочешь. Поэтому все стараются забрать мозги дронов с собой, даже при переходе на новую модель.
