Но он – не подозрителен. В рамках нашей задачи – нет, если мы говорим только о руках. Вопрос: когда он станет подозрителен? Кто-нибудь?
Я все же не выдержал и поднялся.
– Слушаю, боец.
– Если он побежит или пойдет быстро, но не вытащит руку из кармана. Нормальный человек почти всегда постарается вытащить руку и помочь бегу или быстрой ходьбе. Это рефлекс, и его сложно остановить. Конечно, если уж не совсем мороз.
– Отлично, боец! Садись.
Офицер прошелся перед партами.
– Я рад, что хоть чему-то вы учитесь. Горд за себя, так сказать.
Еще раз повторю, вам нужно не просто запомнить кучу базовых шаблонных реакций, которые я здесь описываю. Вам намного важнее научиться смотреть на тактическую обстановку и постоянно оценивать странности, которые в ней возникают. Когда вы их заметили – время действовать. Где бы вы ни были.
Глава 7"
"Закончился пятый взвод. Проскочил шумный шестой. Действительно шумный. Когда в один взвод разом попадают три балагура, взвод получается шумным. Это было весело – находиться вечером в казарме.
Говор, анекдоты, байки и побасенки не умолкали ни на минуту.
Но и шестой взвод я воспринял слегка отстраненно. Каждый адаптировался по-своему. Я решил просто не привыкать к тем, с кем все равно придется расстаться через пару недель. Вот балагуры, например, поступали с точностью до наоборот – они перезнакомились в первый же день, стали чуть ли не закадычными друзьями. На две короткие недели, но стали. Зрелище было еще то – трое двухметровых тяжеловесов, поигрывающих вечерами мускулами, непрерывно хохмящих и хохочущих над своими же шутками.
Неплохими шутками, надо сказать, – я даже не ожидал столь тонкого юмора от таких громил.
Но и веселый шестой, и последние две недели вместе с ним, закончились.
Лагерь быстро пустел. Декабрьская пересменка не предполагала новых курсантов, а старые разъезжались один за другим. Большинство получило назначение заочно – без приезда офицеров, лишь по общим данным и результатам тренировок. Им просто сказали – прибыть на новое место службы в определенный день, в определенное время.
И все. Под конец все-таки приехали сваты, из каких-то более сложных структур корпорации. Посмотрели на оставшихся, кое-кого увезли с собой.
Я остался. На меня никто даже и не глянул, если честно. Наниматели словно меня не видели.
В конце концов разъехались и сваты. Оставшихся нераспределенными курсантов распихали по каким-то оставшимся вакантными должностям. Я не сильно интересовался, каким именно.
