– Что за кусок ты хочешь?
– Ну тот, знаешь, что ближе к Тогглу. У тебя там еще дрон такой на периметре все ходил, хромой. Вот весь тот кусок леса, что за тобой, прямо до поля, а если от Тоггла смотреть, то до ручья. И за него – все склады. Не скажу, что там много чего осталось, но если хорошо искать…
– Как-то странно ты свой периметр обустраиваешь, Механик, – саркастически произнесла Кукла. – Не очень я понимаю, каким образом тебе этот аппендикс проще защищать будет. Да и от кого защищать? Я девушка мирная. А вот Тоггл-то как раз это место у тебя сразу и оттяпает… До ручья.
Михаил отодвинул микрофон и чертыхнулся.
Придвинул его обратно и начал плести Кукле что-то весьма сложное, запутанное и непонятное. Ссылаясь на какие-то примеры давних стычек, о которых знали только они с Куклой, но остальным это не говорило ничего. Доказывая, что, именно имея такой аппендикс, можно эффективно обустроить оборону периметра.
«Ахинея», – заключил Дрей.
И ему показалось, что точно к такому же выводу пришла и Кукла.
– Ты знаешь, дорогой, я подумаю, – бесстрастно ответила собеседница.
– Дай мне неделю-другую. Потом дам тебе знать. Склады я хочу, но если бы ты попросил другой участок… А именно этот мне дорог как память.
– Какая память, Кукла? – взъярился Михаил. – Да ты в этом месте, небось, и не была ни разу.
– Фу, Механик, ты вульгарен, – надменно ответила она. – Вот заодно и побываю, поразмышляю, насколько я хочу отдавать эти прекрасные нетронутые места в обмен на какие-то склады.
Михаил посмотрел на Дрея и покачал головой: «бесполезно».
– Даже не знаю, что с тобой делать, Кукла. – Голос Механика стал бесцветным. – Думай тогда. Вечером с тобой свяжусь, поговорим еще. Рацию при себе держи.
– Боюсь, меня не будет вечером, – томно отозвалась Кукла. – Так что ты уж потерпи как-нибудь пару недель. Потом и поговорим. Конец связи.
Эфир замолчал.
Михаил разъяренно оттолкнул микрофон.
– Вот же стерва, – сказал он, поднимаясь со стула.
– Думаешь, почуяла неладное? – спросил Росс, крутившийся неподалеку.
– Конечно, почуяла. И даже если бы не почуяла, из принципа бы не согласилась. Стервозная женская сущность. А вы говорите, «как ты тут без женщин, как ты тут без женщин»… – Михаил сделал свой голос писклявым, передразнивая непонятно кого. – Да лучше уж без женщин. Суки такие.
Илона хмыкнула.
Михаил сразу успокоился:
– Ну, я не про всех, конечно, – заметил он. – Про большинство.
– И что, думаешь, она сейчас сделает? – Дрей перевел разговор в основное русло.
