Он знал, что сейчас будет. И он, и его оппонент могли попытаться расшевелить друг друга, постараться выудить максимум информации. В пределах пяти минут Дрею это было даже выгодно – потому что он не знал о враге ничего. Потом ситуация могла стать опасной. В том числе и потому, что с ним не просто говорили, в то же самое время их активно искали.
– …Меня немало порадовало то, что хоть кто-то еще умеет пользоваться крыльями как надо. Не ожидал. Честно – не ожидал. Иначе я бы подготовился. Скажи мне свои условия. Любые условия.
– Что же ты можешь мне предложить, быдло? – Разговор был бесполезен с самого начала, но Дрей все же старался выкачать хоть что-то применимое к делу. Несколько минут у него на это еще было, так что почему бы и нет?
– Не груби, планерист. Иначе когда мы встретимся, я выдеру твои кишки и заставлю тебя их жевать. Я могу предложить что угодно. Хочешь геммы? Любые? Хочешь такие, о каких ты даже не слышал? «Красное солнце» заставит тебя наслаждаться, всегда. Ты будешь жить и наслаждаться. Хочешь? Зачем тебе зарабатывать на наслаждения, искать их, когда ты можешь просто их получить? И без малейшего вреда для здоровья, заметь.
Это качественный гемм. Или ты хочешь быть бойцом? Тогда стань настоящим воином, не разменивайся по мелочам! «Шаровая молния». Слышал хоть о такой? Эта штука превратит тебя в источник электричества, под полным твоим контролем, – и ты сумеешь метать молнии в своих врагов. Одного твоего удара будет достаточно, чтобы твой недруг бился в конвульсиях. Лишь скажи, и все это будет твоим.
Дрей постарался задать следующий вопрос с настолько наивной интонацией, насколько это было возможно:
– И это все мне? Задарма?
Казалось, теперь в голосе из рации не осталось ничего человеческого:
– Ты вздумал со мной шутить, мутант? Лучше тебе этого не делать, иначе твоя смерть тоже будет очень, очень небыстрой. Я еще готов услышать твои условия, хотя мне очень хочется тебя убить."
"– А условия простые, быдло. Хочешь прожить подольше – отвянь. Слезь с моей спины, иначе на ней скоро вырастет горб.
А когда это произойдет, рассержусь уже я и сделаю это всерьез. И ты сдохнешь. Это мое обещание.
– Ты будешь мучиться долго. Очень и очень долго. Настолько долго, что из природной жалости я советую тебе себя убить. И так, чтобы я не сумел тебя воскресить обратно. А я очень постараюсь это…
– Слова сказаны, – коротко бросил Дрей в эфир. – Обещания даны.
И швырнул рацию на землю, после чего с такой силой наступил на нее, что пластмасса затрещала.
