Передо мной разворачивалась картина, которая могла бы показаться комичной, если бы не смертельная опасность ситуации.
Огромная полосатая кошка невозмутимо восседала на бабке Ирме, словно та была её персональным троном из живой плоти. Хищница выглядела абсолютно довольной собой — из мощной грудной клетки доносилось громкое, раскатистое мурлыканье.
А под ней Ирма продолжала возмущённо браниться, размахивая худенькими руками:
— Слазь, говорю, полосатая наглячка! Думаешь, раз большая, так и можешь что хочешь делать⁈ Бессовестная дрянь!"
"Но странно… Несмотря на весь этот спектакль, я сразу понял, что не вижу от зверя ни капли агрессии.
Наоборот, в её поведении читалось что-то игривое, почти детское. В глазах плясали озорные огоньки, а хвост лениво помахивал из стороны в сторону.
— Эй, подруга, — негромко позвал я, медленно приближаясь и стараясь двигаться плавно, без резких жестов. — Может, освободишь пленницу?
Кошка лениво повернула ко мне морду, и наши взгляды встретились. Она медленно моргнула — тот самый знак доверия между кошачьими, когда они показывают привязанность и расслабленность.
Мои татуировки отозвались не просто лёгким теплом — они буквально вспыхнули огнём под кожей. Красные узоры запульсировали в такт моему сердцебиению, и я почувствовал, как между нами протянулась невидимая нить связи. Видимо, мой выросший уровень действительно кардинально влиял на силу воздействия.
— Гр-р-р, — кошка лениво мотнула головой и нить оборвалась. Ах ты ж… Ну хоть без прошлой агрессии.
Хищница величественно потянулась и выгнула спину дугой, демонстрируя каждый мускул своего мощного тела.
Затем грациозно поднялась на лапы и спрыгнула с Ирмы.
— Вот так-то лучше, — пробормотала бабка, тяжело поднимаясь с земли.
Она стояла, отряхиваясь и с шумом приводя в порядок помятую одежду. Платок съехал набок, обнажив седые волосы, а на переднике остались отпечатки кошачьих лап. Но самое удивительное — в её глазах не было страха. Только возмущение.
— Наглая морда, — проворчала она, поправляя платок.
Кошка между тем села на траву и принялась умываться, облизывая лапу и проводя ею по морде с таким видом, будто ничего особенного не произошло.
— Макс, убери свою зверюгу подальше от людских глаз, — озабоченно проворчала Ирма. — А то ещё кто увидит…
Вот же… Она даже ничуть не удивилась!
Я понимающе кивнул. Да уж, объяснить присутствие кошки будет крайне затруднительно.
Кивнул зверюге в сторону:
— Иди, девочка. И постарайся, чтобы тебя никто не видел.
