Ефим ничего не сказал и потянул за засов двери полигона, а я мысленно готовился к худшему. Дверь скрипнула на ржавых петлях, и мы вошли внутрь.
Тусклый свет пробивался через мутные окна, освещая ряды клеток и старое тренировочное оборудование. Воздух пах затхлостью и старой соломой.
— Так, — Ефим сразу направился к тому месту, откуда донёсся звук. — Вот отсюда что-то и слышалось.
Я шёл за ними, готовясь к неминуемому. Сейчас они увидят кошку, поднимут шум, и всё. Чёрт, а что, если она их просто разорвёт? Но они с опытом, кошку G-ранга точно смогут остановить.
Смогут же?
Я подошёл ближе и…
Кошки не было.
…едва не выдал своё изумление!
Ефим остановился у той самой кучи соломы, где устроилась хищница. Нагнулся, внимательно рассматривая место.
— Странно, — пробормотал он.
Миска с водой стояла на своём месте, но от огромной полосатой зверюги не осталось и следа. Будто она растворилась в воздухе.
Как? Как такое возможно? Я же видел её вчера вечером, кормил, а когда проверял она спала именно в этом месте! Что-то подобное она уже провернула дома, в мастерской!
— Что странно? — спросил Григорий, подходя ближе.
— Солома-то примята, — Ефим ткнул тростью. — Причём сильно. Что-то крупное тут лежало. И недавно. А в клетке вон тряпки валяются.
Сердце ухнуло в пятки. Следы-то остались!
— И кровь, — добавил Григорий, присев на корточки. — Свежая.
Они оба повернулись ко мне.
— Ну, Максим? — Ефим опёрся на трость, его взгляд стал пронизывающим. — Что скажешь? Кто-то явно тут был. Кто-то большой и тяжёлый.
И раненый.
Мысли метались, но опыт подсказал решение. Раз ты считаешь, что я наивный мелкий пацан, то лучшая ложь та, что основана на правде.
— А откуда мне знать? — пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушно. — Я тут всего пару дней живу, даже не заходил сюда. Кто знает, что тут Григор делал до своего исчезновения?
— Григор… — медленно повторил староста. — Да, он похоже держал тут разных тварей. Что удивительно. Григорий, и как он всё это отстроил, а? Нет, конечно, мне рассказывали, что он «балуется» и зверей ловит, но я и представить не мог.
Ведь питомцев он не продавал, уж я за этим следил…
— Звери привыкают к местам кормёжки, так? — встрял я. — Могут приходить сюда годами после исчезновения хозяина, раз Григор зверей приручал, сами же сказали.
— А откуда ты так много знаешь о зверях? — спросил вдруг Григорий. — У тебя же нет опыта. Больной лежал долго.
— Мой отец тоже был Звероловом, — ответил спокойно, как ни в чём не бывало.
