Но больше всего хлопот доставляют три типа ублюдков.
Я молча слушал, как капитан описывает кровяшей — тварей, одержимых жаждой крови. Их магия требует всё новых жертв, толкая на убийства. Таких Дрозд ловил по всей стране. Суд был короткий — сразу на плаху.
— А мыслеклюи, — он поморщился, — эти мрази любят другие развлечения.
Капитан рассказал о менталистах, которые способны воздействовать на мысли, чувства людей. Сильные имеют возможность их даже читать. А те, кто ещё сильнее — управлять и делать из людей живые куклы.
Такие нечасто становятся преступниками, как правило, идут на хорошие должности, благо способности помогают.
Но бедокурить любят. Внушат молодой девке, что перед ней муж. Отодрут её хорошенько, а потом она пузатая ходит. Частое событие. Или мужику какому-то внедрить навязчивую мысль, что нужно кого-то убить, — обычное дело.
— Но и они не самое страшное, — Дрозд опрокинул в себя бокал вина. — Есть ещё падальщики.
Или некроманты. Их капитан не любит больше всех. Эти психи убивали людей, чтобы собирать из трупов големов — неуязвимых для магии тварей, не знающих боли и усталости.
Сильные неупокоенные, способные жить вечно. Очень верные игрушки…
Аромат жареного мяса ударил в ноздри, заставляя желудок жалобно заурчать. Я вцепился в сочный стейк, почти не жуя, глотал горячие куски. Соус стекал по подбородку, но я даже не замечал этого.
Желудок требовал ещё и ещё, словно внутри была бездонная яма. Мясо таяло во рту — повар явно знал своё дело. Острые специи щекотали язык, придавая блюду особый вкус.
— Именно такую игрушку некроманта мы и встретили, — Дрозд наблюдал за моей трапезой с лёгкой усмешкой. — Когда головы местных аристократов полетели, служба безопасности вызвала меня. Я как раз собирался в Томск.
Капитан отпил вина и поморщился:
— Первые убийства совершил сам падальщик. Потом в дело вступил его «ребёночек». Одного не пойму, — он опрокинул бокал залпом, — зачем такому сильному магу прозябать в этой дыре?
— Вас ждал, — хмыкнул я.
Дрозд среагировал мгновенно.
Он резко вскочил, оказался рядом, и его пальцы сомкнулись на моей шее. Но я успел всадить несколько игл ему в руку. Капитан застыл.
— Тише, — выдохнул, вытаскивая иглы. — Вы слишком эмоциональны. Я не хотел обидеть.
Он рухнул обратно на стул. Через минуту смог говорить:
— Так вот чем ты в него бросался? — прохрипел Дрозд. — Хорошая штука, забористая. Мне бы таких… пару тысяч.
— Губа не дура, — усмехнулся я. — И самому пригодятся. Дорого, мало и очень действенно.