Утро, как обычно, принесло новые заботы, новые дела, приятные и не очень. Ещё в доме сделала одно очень приятное дело — выдала деньги за проданные товары — мастеру Рэю, девочкам, и даже Кресса с Риной получили свой небольшой заработок за шитье мешочков под чай. Стоимость упаковочной тары я бессовестно плюсовала к стоимости чая. Рэю выдала заработок, за исключением своего представительского процента. Мастер был очень доволен, для него сумма была значительной. Ещё он поделился со мной радостью — сделали ему костыли по моим каракулям! Теперь он осваивает передвижение на них, во двор, хоть и с усилием, но добирается сам.
Теперь чаще бывает на улице, пока тепло, работает на свежем воздухе, для плетения места много не надо. Теперь будем делать упор на новинку — плетеные из соломки шкатулки, аксессуары для кукол, ну и ещё дамские и детские шляпки. Я задумывалась о мужских шляпах-канотье, Но не думаю, что к нынешнему мужскому гардеробу с пышными жабо и галстуками, с огромными париками подойдут такие шляпы.
Бернис я показала деньги и вновь положила их в полотняный мешочек, добавив туда и ее жалование, записав всю сумму на бумажке и положив в тот же мешочек, все убрав в ""сейф"". Теперь у меня не только в спальной была потайная комната, где я хранила основные суммы, запасы чая и посуды, но и в маленьком кабинете Нафантий устроил мне небольшую потайную нишу, где я хранила расходные деньги, в том числе и деньги Бернис.
Претензий по качеству к сейфам марки ""Нафаня"" у меня не было.
Заработок Юны, я отдала ей в присутствии матери, сами пусть решают, как распорядится. С девчонок я удержала только стоимость расходников — то есть краски и ткань. Больше ничего не стала удерживать. Иннис от продажи посуды получала тридцать процентов. Она сама так решила, объяснив это решение тем, что она только росписью занимается, а все остальные операции выполняю я. Да и живут они с дочкой на всем готовом.
Предупредила Иннис о новых заказах, о том, что надо срочно расписывать уже готовые сервизы, а я завтра, а если успею, то и сегодня, начну готовить новую партию.
Выйдя на крыльцо, я ахнула! Батюшки — святы! Меня не было всего три дня, а как успел развернуться Ларик! Стенка, отгораживающая хозяйственный двор от парадного, была готова ещё до отъезда, но теперь по ней робко ещё вился и зеленел плющ, уменьшая суровый вид камня и кирпича.
