Типа, не знал, не ведал, а завалить служанку, задрав ей подол — обычное дело, какие проблемы? Интересно, а супруга верная тоже оправдана? Но это пока неважно, меня больше интересует, где Гленн?
— Леди Мэри, мне очень жаль, что я выступаю вестником печальных известий, но я говорю прямо — ваш супруг, леди Мэри, один из моих храбрейших военачальников погиб на поле брани. Я сам не видел, но многие воины говорят, что видели, как он упал с коня, пораженный арбалетный болтом и конь, шарахнувшись, ударил копытом по голове.
Тогда немало воинов полегло и наших и бриттов. Погибшим оказаны почести, они похоронены на том же поле битвы. Утрата ваша тяжела, но вы можете рассчитывать на мою поддержку. Вы можете остаться в моем замке, найдя приют и стол, если хотите, можете вернуться к родным. Сопровождение вам и вашему сыну я выделю. Так же доля от добычи вашего супруга достается вам и его сыну. Решайте, подумайте, как вам будет лучше.
Я не колебалась ни минуты.
— Лэрд, мне будет тяжело оставаться здесь или возвращаться к семье Гленна.
И здесь и там все будет напоминать мне о моей огромной утрате и лишь усиливать мою тоску по безвременно почившему супругу.
Я поднесла платочек к сухим глазам, изображая безутешную вдовицу. Для меня, Люськи Дубровиной, все складывалось наилучшим образом — не надо быть супругой невесть кому, не надо подчиняться чужому семейству. Так я буду отвечать сама за себя. Не совсем, конечно. Есть ещё малыш Уилли и старая нянюшка Рини. Они не дали мне ещё раз умереть уже в этом мире, и мой долг позаботиться о них.
"
"— Если возможно, лэрд Мак-Конней, то я хотела бы уехать в поместье, доставшееся мне в приданое от моей матери, забрав с собой сына и старую мою няньку. Если вы отдаете мне долю Гленна, то я буду очень рада, поместье находится в плохом состоянии и мне необходимо первое время как-то жить.
Лэрд вопросительно поднял брови.
— Леди, у вас есть поместье? Разве семейство Мак-Фергюссон не забрали у вас все? Странно. О скупости и жадности этого семейства наслышаны все.
У них только Гленн был совсем другой, добрый и нежадный.
Я кивнула головой.
— Да, лэрд. Они забрали доходное поместье и все драгоценности моей матушки. У меня осталось только разрушенное, убыточное поместье, с ним никто не захотел связываться, да мои платья, они, увы! не подошли никому.
Лэрд хохотнул, потом серьезно сказал.
— Вы должны обезопаситься от притязаний этого семейства. Если у вас будет получаться, то они тут же объявятся. Я могу вам помочь.
