При словах матери скорчили плаксивые физиономии, при этом продолжая тихо ржать над доверчивостью взрослых. Меня они не видели, поскольку сидели на лавке спиной ко мне. А вот я их попытки воровства хорошо видела и, поймав момент, схватила воришек одного за руку с ветчиной, второго за ухо. Вот теперь они заревели по-настоящему. Все обернулись на вопль и увидели чудную картину. Обворованная женщина всплеснула руками.
— Моя ветчина! Я только вот её приготовила в суп положить!
Малолетние воришки выли, понимая, что сейчас они попались по-настоящему и может не сойти им с рук.
Мамаша их, забыв про оскорбленное достоинство, поспешила на защиту деток.
— И что ты тут раскудахталась? Твоя ветчина! Ну, взяли бы дети немножко, покушали бы, они есть хотят, а ты пожалела!
Женщина даже смутилась, не зная, что ответить хамке, пришлось вмешаться мне."
"— Ведь я же предупреждала тебя, чтоб никаких скандалов! Извинись перед человеком! Она для своей семьи готовила! А если твои дети есть хотят, так это твоя забота их накормить! Распоряжение Дэвене насчёт осмотра вещей и голов приезжих я отдала.
Мне здесь только тараканов да клопов со вшами не хватало! И никто, кроме тебя не возмутился.
Скандалистка плаксиво протянула.
— А из чего я буду готовить? Мне никто продуктов не дал… И вообще, вон для солдат же готовит кухарка, пусть бы и на нас готовила.
Тут уже загалдели остальные женщины, собравшиеся вокруг. Судя по всему, она всем уже надоела. Я, послушав все эпитеты, которыми ее они награждали, подвела итог прениям.
— Значит так, дорогая! Никто не обязан обеспечивать твою семью продуктами! Как все остальные хозяйки справляются — спроси у них. Я плачу твоему мужу жалованье, вот с него и корми семью. И деньги вам на дорогу и первое время были выданы. Если так хочешь питаться из солдатского котла, то так тому и быть, кухарке я скажу. Но деньги за питание я удержу из жалованья твоего мужа. Выбирай, что тебе нравиться больше.
Я повернулась и пошла в замок.
И не видела, каким ненавидящим взглядом меня проводили двое деток — ""ангелочков"".
Вечером, перед сном, ко мне неожиданно заявился Нафантий. Сел в Кузькино кресло, которое сейчас пустовало по причине ночной службы домовенка, пошевелил пальцами рук, сложенных на животе, задумчиво пару раз шмыгнул носом и произнес.
— Однако, Люся, съезжу-ка я с вами завтра до деревни той, погляжу, как там теперь. Ты повозку бери, есть мое мнение, пригодится.
