Как приехала я со всей компанией, как взялась за ремонт и обновление замка, как нашла источник доходов… В общем, всю нашу историю. Ну и я честно сказала о себе, что душой я из другого мира, а так я дочь той самой Маргрет.
Дед вздохнул.
— Да, душа твоя не зря заплутала, здесь ты, знать, была нужнее. Слыхал я ещё от деда своего, бывает такое. Это хорошо, что ты никого в беде не бросила, что дом наш восстанавливаешь. Надо, надо помочь вам и дом сберечь. И ты Рахнис, молодец, что смог наши мебеля вернуть. Однако наверх пойдем, посмотрю, что где и как.
Я встала с сундука, спросила.
— Дедушка, а помыться после сна не желаете? И поужинать, чем есть? И вот меня Кузя Люсей называет, это мое имя из моего мира, а здесь все зовут леди Мэри. А вас как мне называть?
Кузя как-то засопел, и я прикусила язык, поняв, что брякнула что-то не то. А дед прищурился.
— Это как ты моего внука называешь? Кузя? Что это за имя?
— Дедушка, полное, взрослое имя будет Кузьма, а ласково Кузя. В моём мире есть ваши родственники, домовые.
Вот один из них, очень сильно похож на вашего внука, я и стала его тоже так называть. И мне проще выговаривать, да и Кузьме нравится.
Дед задумался недолго, потом важно сказал."
"— Ну, будь посему, коль хозяйка дала имя брауни, то он ей верно служить будет. Но и хозяйка должна заботиться о брауни!
Кузя заторопился.
— Дедушка, Люся обо мне хорошо заботиться! Вот, видишь, одежка у меня чистая, не новая, но добрая, и живу я у нее в спальной, сплю в кресле, на подушке, под одеялом! И ем, когда захочу, и мисочка у меня своя! И умываюсь я вкусным мылом.
Только есть его нельзя, я раз куснул, пахло сладко, так потом весь день пузырями плевался! Пойдем, деда!
Обратно к лестнице мы вышли как-то быстро, вовсе не столько мы сюда шли. Дед пояснил.
— У меня свои пути, внучок их пока не знает, молодой ишшо. Все, пошли наверх.
И впрямь, мы стояли у подножия лестницы. Вскарабкавшись по лестнице наверх, а без перил, да ещё по узкой лестнице с загогулинами — это отдельное удовольствие, из разряда острых ощущений.
Осторожно прошлись по первому этажу, показывая деду изменения в родном доме за те года, что он проспал. Интересное зрелище, наверное, представляла собой наша компания — я, закутанная в плед, со свечой в поднятой руке, спотыкающаяся на каждом шагу, и катящийся за мной клубок тьмы. Если бы кто увидел — ему инфаркт, мне — вечная слава ведьмы. Дедушка вздыхал — Бедновато как!
Я думала и возмущалась про себя.
