И вдруг дверь в ванную приоткрылась, и раздался негромкий голос Ри:
– Адриан? Ты чего?
Адамиди глухо рассмеялся, так и не убрав подушку, надавливая на нее рукой. А потом ощутил, как девчонка легко провела по его пальцам ладошкой, словно подбадривая.
– У тебя все в порядке? Что-то случилось? – с волнением в голосе прошептала Раиса.
Ад отбросил мягкую преграду в сторону, перехватил тонкое запястье, потянул на себя.
Ловким движением Адриан подмял девушку под себя, аккуратно накрыл, стараясь не раздавить ее. И принялся покрывать короткими поцелуями ее висок, ушко, щеку.
Наверное, Ад был похож сейчас на дикого зверя, разве что не урчал от удовольствия.
– Ты! Со мной случилась ты, малышка! – выдыхал мужчина, щекоча бархатистую кожу Ри своей отросшей за день щетиной.
Раиса едва слышно хихикала от легких щекочущих движений, а руками зарылась в волосы на затылке Адриана.
– Люблю тебя! Обожаю! Никогда не вздумай сомневаться! – бормотал Ад, перемежая слова короткими поцелуями.
– Хорошо, – посмеивалась Раиса, а потом взглянув в полыхающие пламенем глаза мужчины, вздохнула: – Если ты думаешь, что я уже сдалась, то напрасно.
– О! Я уверен, что Раиса Ильдаровна меня еще помучает, – усмехнулся Адриан. – Беги в ванную. Я ведь не железный.
Адриан демонстративно скосил взгляд на полотенце, в которое завернулась Ри прежде, чем вернуться в спальню. Понятно, что девчонка не успела принять душ. Да и понимал Ад, что малышке нужны несколько минут уединения. А вот как разжать руки и вновь выпустить Ри на свободу – не понимал.
Раиса сама, юркой змейкой, вынырнула из стальных объятий Адамиди.
Ад проводил невысокую фигурку долгим взглядом. И все-таки, его девочка – идеальная. Дерзкая, умная, спуску ему не дает, ни капли не боится. И еще она невероятно страстная. В этом Ад убедился. А от мыслей о минувших событиях кровь Адамиди вновь превратилась в раскаленную лаву. Но с этим Ад мог легко справиться, потому что твердо знал: отныне Ри принадлежит ему, окончательно и бесповоротно.
И да, его внутренних бесов тешила и совсем другая мысль.
У Ри не было никого до него. Пусть Адриан и предполагал это, а вот стоило убедится и его немного отпустило. В памяти еще были свежи мысли о пресловутом Грибском, неудавшемся отпуске Ри с Юриком. А потому для Адриана факт девственности Раисы оказался вдруг невероятно значимым. Нет, он любил бы ее, будь у нее раньше другие мужчины. Однако чувствовал себя по уши счастливым идиотом от того, что понимал: он у нее первый.
Единственный он у нее.
