— Я не признаю лживую веру в Свет. Его именем творятся злобные дела, а значит, и он — зло.
— Ну, дела-то творят люди, а не он сам. Ты не задумывалась, что Свет по сути не виноват, что веру в него несут, ну, скажем так, нехорошие люди?
— Нет, я знаю, что говорю! — упрямо мотнула головой Ингрид. — Истинный воин должен защищать слабого и если свет несет добро людям, то и его служители должны быть добрыми, искореняя зло не только в монстрах, но и в людях. А эти... Да что там, даже говорить об этом не хочу. И если их вера лжива, то, значит, и все, что они говорят об Аштар — неправда.
А еще я тебя почувствовала. Я знаю, кто ты, меня тянет склониться перед тобой. Ты не можешь оказаться плохой, иначе жить дальше незачем... -опустила она голову.
— Так чего же ты хочешь? —спросила я, уже зная ответ.
— Следовать за тобой, служить тебе так, как ты посчитаешь нужным. Бороться с теми, кто несет зло людям. Стоять рядом с тобой в битве и разделить твою радость, а если придется и горе. Стать твоей слугой, рыцарем, апостолом.
Мне неважно, кем именно. Главное — быть рядом с тобой. Смерти я не боюсь, а без тебя мне жизни нет.
В этот момент из воды вылез Буран, таща в зубах ящера. Тот слабо трепыхался и норовил ударить жеребца по морде когтями. Выплюнув на берег свою добычу, конь горделиво задрал голову вверх и победно заржал. И тут же с удивленной мордой полетел в воду от коварного удара хвоста Харда. Вскочив, тот зарычал и бросился следом. Похоже, пошел третий раунд, и мужики еще не закончили меряться членами.
Отвлекшись на них, я забыла, что Ингрид ожидает моего ответа. Николь молчала, лишь злобно пучила глаза, глядя на нее.
— Хорошо, скажи, что думаешь, иначе взорвешься от злости, — вздохнув, велела я ей."
"— Я категорически против нее! Она с легкостью убивает людей, даже не пытаясь с ними поговорить. У нее нет морали и принципов — я хорошая, а все плохие. У нас немало ходит рассказов о том, как она безжалостно вырезала целые села, не щадя никого! И эта её возвышенная речь — всего лишь пустые слова! И предупреждаю, если она будет рядом, наше путешествие существенно осложнится.
— Я могу принести клятву силой, что не замышляю ничего плохого против вас и готова следовать за вами туда, куда поведете.
— Силой? —заинтересовалась я. — Ты же понимаешь, что это будет, по сути, рабство?
— Служение богине не рабство, а почетная обязанность верующих в нее! -гордо возразила Ингрид. — Готова на это прямо сейчас.
— Николь? —вопросительно посмотрела я на девушку.
