Остается, правда, небольшая надежда на давно задуманную серию экспериментов с дорогостоящими керамическими материалами на основе оксидов лантана и бария, но если и она провалится, то финансирование на лабораторию Журавлева срежут окончательно. И придется расстаться с мечтой о сверхэффективных марсианских энергосистемах, в которых толстенные пучки силовых кабельных линий заменят тончайшие нити сверхпроводников, охлаждаемые до температуры перехода не дорогостоящими криогенными жидкостями, а бесплатной атмосферой Марса.
Понятно, что человечество в целом переживет и эту неудачу, ему не впервой, как говорится, на сверхпроводимость физики наткнулись еще в 1911 году, когда жидким гелием заморозили ртуть, и уже больше ста лет ученые многих стран проводят огромное количество разных экспериментов, но загадку сверхпроводимости так и не разгадали, и вообще толком никто ничего об этом явлении не знает, так что придется, видимо, потерпеть еще лет тридцать-сорок, пока произойдет очередной технологический скачок.
Журавлев не сомневался, что Советский Союз в конце концов победит природу. Грустно было лишь от того, что его жизни на это не хватит точно…
«Москвич» ощутимо тряхнуло. Журавлев непроизвольно выругался. Жалко подвеску. Хорошая дорога кончилась, родной Марсоград отсюда почти не виден. Нужно еще пару километров пропылить по грунтовке вдоль Оби, и будет нужная протока. Главное, сверток к ней не пропустить, там только колея, да и она вечно зарастает ивняком. Впрочем, в этот раз он не промахнется.
Еще издали Журавлев разглядел в кустах новенькую серо-зеленую «Волгу». Такая во всем Марсограде есть только у одного человека.
– Пятьдесят граммов замахнешь? – Трунов зафиксировал удилище на подставке и кивнул на свой много повидавший металлический контейнер для пикников.
– Жарко, – отрицательно мотнул головой Журавлев, расчехляя удочку. – Предпочту холодный квас. И тебе рекомендую не увлекаться, Олег Валентинович.
– Не настаиваю. – Трунов отмахнулся от парочки комаров, которых не брала даже жара, и потянулся к сигаретам.
Некоторое время оба молчали. Трунов сосредоточенно дымил. Журавлев собирал свой компактный рыбацкий стульчик из авиационного дюралюминия."
"– Ладно. Не будем ходить кругами, – первым не выдержал Трунов. – Только давай попроще, без этой своей научной терминологии. Объясни мне еще раз, дураку, как у тебя этот побочный эффект возникает.
– Постараюсь попроще, – хмыкнул Журавлев, разглядывая коробочку с наживкой.
