Хабиб лишь горько усмехнулся, уперев жгучий взор в аккуратные половинки. Эх, трахнуть бы тебя, а…Но нельзя…Помолвка…
Да и что он там не видел. Все бабы одинаковые…
Но все ж, что там у именно этой, посмотреть жуть как хотелось…Ну а вдруг…Сюрприз.
Хабиб сделал шаг внутрь кафе, прикрывая за собой дверь, и в следующее мгновение все мысли о булочках Мадины напрочь вылетели из его головы, вытесненные умопомрачительными ароматами булочек обычных. В ""У МарьВанны"" пахло божественно. Пахло так, что хотелось заплакать и остаться тут навсегда.
В голове закружилось, в желудке заныло, перед глазами поплыло, и Хабиб сделал шаг к ближайшему столу на подкашивающихся ногах, одновременно требовательно махая притаившемуся в углу официанту. Есть хотелось зверски.
– Что самое быстрое, а, брат? – спросил у подбежавшего мальчишки, давясь слюной и напрочь забыв о своей спутнице, которой пришлось самой отодвигать себе стул, чтобы сесть напротив.
– Солянка, – промямлил паренек, доставая блокнот, – Жульен еще, пирог с капустой…
Хабиб шумно сглотнул.
Так шумно, что парень подпрыгнул от неожиданности и чуть не уронил карандаш.
– Две солянки тащи…
– Не буду я солянку, – капризно фыркнула Мадинка, не удостаивая при этом Сатоева взглядом.
– Это я себе, жЭнщина, – рыкнул Хабиб, злясь, что его перебивают в столь ответственный момент, – Так, две солянки…Жульены у вас какие?"
"Паренек показал на пальцах примерный размер. Сатоев пренебрежительно сморщился.
– Птичек что ли кормить? – пробубнил себе под нос, – Так ладно, тащи тогда четыре.
Ты будешь?
Мадина поджала губы и выгнула бровь, выказывая своё негодование его фамильярностью, но, помедлив, изволила кивнуть. Ну, конечно, хмыкнул Хабиб про себя, порция-то как раз ее…
Сидит тут, чиж нахохленный… Опять захотелось тупо улыбаться. Такая она была…забавная. На симпатичном ухоженном лице с тонкими правильными чертами фунт презрения, в черных глазах обжигающее пламя, в осанке тонна достоинства, а сама-то метр с кепкой, и весит от силы килограмм пятьдесят.
Ну точно боевой чижик. Еще пуховик этот канареечный, сильно дутый, будто и правда перья дыбом…
– И пирог с капустой неси. Целый. И морс или что там у вас. Всё! – Сатоев энергично хлопнул в ладоши, завершая заказ.
– А мне меню, если можно, – ледяным тоном вставила Мадина.
– Конечно, – официант поклонился ей чуть ли не до земли, – Сейчас принесу. Сейчас…
И даже слегка поначалу попятился, инстинктивно не рискуя сразу поворачиваться к Мадинке спиной.
