– Ты же помнишь, что не выиграл, – сиплю, моментально сгорая от стыда, кусаю губу и почти беззвучно уточняю, – Ну, попу…Я против, не люблю так…
Боже, охота сквозь землю провалиться от подобных разговоров. Тем более, когда в ответ на тебя так похабно- насмешливо смотрят, а огромный налитый член радостно дергается именно на слове ""попа"" в твоей руке.
– НЭ лУбишь…Ладно. Давай, как ЛУбишь, – после мучительной секундной заминки бормочет Сатоев и толкает меня на кровать, буквально вытряхивая из халата.
– Белье на хуй и ножки развЭди, покажис, – хрипло приказывает Хабиб, проводя рукой по вздыбленному почти до пупка члену.
Я на мгновение зависаю, зачарованно наблюдая, как налитая, крупная головка исчезает в его кулаке и снова появляется с блестящей капелькой смазки. Снова исчезает, сдавленная сильными пальцами, появляется, и теперь вся блестит смазкой в полумраке.
Поднимаю взгляд выше и встречаюсь с гипнотическими сейчас, впившимися в меня черными глазами. Словно во сне, стягиваю по ногам трусики от бикини и затем развожу бедра перед Хабибом.
Кожа покрывается крупными мурашками. Сердце больно ударяется в ребра, гулко ухая. Почему-то хочется прикрыть глаза и застонать. Но я смотрю, не мигая, на мужчину передо мной. Наблюдаю, как взгляд его застывает на моей промежности, как шумно он сквозь зубы выдыхает, как поднимается при этом его могучая грудь, как кулак еще раз резко проходится по члену, а вторая рука лезет в задний карман приспущенных шорт… И как Сатоев вскидывает на меня злой раздраженный взгляд и зло выдыхает.
– Блят…Или у тЭбя ест?
Черт, этот болван волосатый забыл презервативы. Я отрицательно качаю головой и растерянно свожу колени. У наблюдающего за мной Хабиба сжимаются челюсти и, кажется, я слышу, как зубы скрипят.
– Я сичас, – хрипит он мрачно, обратно натягивая шорты и делая шаг назад.
Меня охватывает настоящая паника. Так не хочу, чтобы уходил, что аж в уголках глаз печет от подступающей влаги. Не хочу терять этот момент, не хочу!
– Я чистая…– сдавленно выдаю, облизывая губы, и несмело развожу ноги снова.
– Блят…– многозначительно на это выдыхает Хабиб.
– Я тоже. Я аккуратно…
С трудом понимаю его хриплый шепот. И мне уже не важно. Он уже опускается на кровать, рядом со мной.
Кровать оглушительно и протяжно скрипит, стоит Хабибу перенести на нее только половину веса своего тела. Еще одно сдавленное ""блят"", рывок, и я буквально с матрасом и со всем бельем оказываюсь на полу. Это так внезапно, что я начинаю истерически хохотать.
