А во главе стола черное кожаное кресло и в нем…
Я резко отвернулась, сглотнув, и непроизвольно вцепилась в халат на груди до побелевших костяшек. Шагнула к Ире, которая уже сталкивала сидящего рядом с ней Юру и освобождала место для меня. Улыбнулась им, а перед глазами так и застрял образ голого Хабиба…
Божечки, какой он огромный…Он меня раздавит, твою мать! Это противоречит природе, Мадин! Извращение какое-то…
И волосатый. Весь. Кинг-Конг просто, а не человек. И смуглый, и взгляд такой же звериный, когда не улыбается, а смотрит вот так, в упор из-под нависающих надбровных дуг и чернющих бровей.
И борода эта, и руки- лопаты, все перевитые выступающими венами, и широченная курчавая грудь с темными пятнами сосков, и поджарый, заросший грубым черным волосом живот…И…
Только вот во рту всё пересохло от моментально ставшей вязкой слюны. Правую часть лица, все тело под банным халатом, жгло от мужского, жадного, откровенного взгляда. Мое либидо буквально забилось в истерике, вопя, что, ну и что, что не Брэд Питт, зато тестостерон из него доить можно утром и вечером по ведру – даже не заметит.
Да и мужчина, вспоминая народную мудрость, должен быть чуть красивее обезьяны, главное – чтобы мужчина. А в мужественности Хабиба нереально было сомневаться.
И еще я прекрасно помнила его в себе. Тогда, в машине…
Низ живота мгновенно болезненно потянуло, и приливающая к промежности кровь ощутимо запульсировала, вызывая выделение влаги…
Совсем, ты, Мадинка, поплыла…Позор!
Говорила ведь Ира – половая жизнь должна быть регулярной, чтобы вот так вот потом в прострацию от одного вида мужчины не впадать…"
"Злая на себе за такую низко интеллектуальную реакцию на голого по пояс, заинтересованного мной самца, я тряхнула головой, расправила плечи, и гордо прошествовала к Ире, на ходу снимая с себя халат.
Мягкая ворсистая ткань скользнула по коже, вызывая крупные мурашки. Влажный прохладный воздух лишь усилил ощущение зябкости. Прожигающий тяжелый взгляд черных глаз просто добил.
Дрожащими руками повесила халат на крючок на стене и, из последних сил стараясь идти непринужденно и делать вид, что не в курсе, что у меня торчком встали соски, прорываясь сквозь тонкую золотую ткань, направилась к Ире.
В этот момент из распахнувшейся двери сауны повалил жар и смеющиеся девчонки. Лиза, Тоня, Катя, Юленька…
Окинула их, влажных от пота, раскрасневшихся до пятен, хохочущих, придирчивым взглядом, опускаясь на кожаный диван рядом с Иркой.
