— Вы выгнали меня из спальни, к которой я уже привыкла, и перестали общаться со мной, а я ведь уже начала думать, что Вы…
Она резко осеклась, осознав, что чуть было не произнесла. Бьянка начала думать, что небезразлична ему. Что он заботится о ней. И ей даже нравилось это. Настолько нравилось, что она начала скучать, когда он внезапно исчез.
— Что ты начала думать, Бьянка? — подтолкнул он.
— Неважно, — отрезала она. — Зачем Вы заходили ко мне ночью? Чтобы проверить?
— Потому что соскучился, — тихо признался он, и ее сердце забилось с удвоенной силой.
— Вы не заставляете меня нервничать, — сказала она, надеясь, что он поймет намек.
И он, кажется, понял, потому что встал с кресла и присел на краешек кровати, рядом с ней, осторожно накрывая ее руку своей.
— Хочешь обратно в нашу спальню?
Она хотела. Но утром, не найдя ее, сиделка или тетя могут запаниковать.
— Я не возражаю, если Вы поспите рядом, — сказала она. — Ваше присутствие меня успокаивает.
Она кожей чувствовала его изумление и не смогла сдержать улыбку, которую он, вероятно, не увидел в темноте.
Викензо выпустил ее ладонь и встал, обходя кровать. Послышался шорох снимаемой одежды, а потом кровать прогнулась и он улегся рядом, привычно обнимая ее и накрывая живот большой мозолистой рукой. Бьянка удовлетворенно вздохнула. Не сошла ли она с ума от гормонов или лекарств? Как бы то ни было, ей нравились ощущения и собственные, бьющие фонтаном, чувства.
— Расскажите что-нибудь, — попросила она. — Мне не спится.
— Я не знаю историй, — сказал он, обдавая теплым дыханием ее шею.
— Расскажите что-нибудь о себе. Что-то, о чем никто больше не знает.
На секунду он напрягся, но быстро расслабился, продолжая гладить большим пальцем кожу на ее животе. Этот своеобразный ритуал всегда убаюкивал ее.
— Когда мы встретились в тот день, когда Джино привел тебя, я подумал, что ты похожа на эльфа.
Бьянка оскорбленно фыркнула.
— Это потому что я невысокая?
У нее всегда был комплекс из-за своего роста.
— Нет, — тихо рассмеялся он. — Ты очень милая маленькая штучка и мне нравится твой рост. Просто, у тебя очень необычные зеленые глаза. Словно хрустальные.
— Ну, это очень посредственное откровение, — пробормотала она, смущаясь от комплимента. — Расскажите что-то значимое. Я уже знаю, что Вы считаете меня красивой.
Он потерся кончиком носа о ее плечо и коротко прижался к нему губами.
— Ты будешь думать обо мне хуже после этого, но все же.
