Парня начинают узнавать на улицах и просить у него автографы. Но вот больших денег у Леши пока нет. Единственное, что он сумел приобрести, – это крошечную однокомнатную квартирку в спальном районе. Ни на хороший ремонт, ни на мебель, ни тем более на машину и дачу парень пока не заработал. Семьи у него тоже нет. Леша фактически детдомовец, а таким людям очень трудно найти пару, потому что в младенчестве и отрочестве они были лишены родительской любви и, как следствие, теперь не способны никого полюбить сами.
С Гортензией у него сложные отношения. Алексей лишь изредка навещает ее и никогда не называет мамой.
– Да? – удивилась я. – А мне вдова Клара́ сказала, будто он временно уехал, а вообще-то живет с ней.
– Это была не самая большая ее ложь, – усмехнулся Николай, – слушайте дальше.
Сергей Якунин тоже конфликтовал с родителями. Но если Леша Клара́ просто не хотел общаться с ними, не простив, что от него избавились, и попытался построить свою жизнь сам, то Сережа действовал по-другому.
Он начал изводить Леонардо и Марфу, использовал любой повод, чтобы насолить ненавистным предкам, и в результате капитально испортил собственную жизнь, женился на Клаве только потому, что один вид работницы хлебозавода доводил сноба Леонардо до нервной икоты. Впрочем, Клава в конце концов сама поняла, зачем Сергей привел ее в свой дом. Но вот парадокс: стремясь изо всех сил насолить родителям, нарочно став шофером, не получив высшего образования, Якунин-младший внутренне был очень похож на Леонардо.
Им руководила жадность, совершенно патологическая. Его отец страстно любил деньги, и мы знаем, на что он пошел, чтобы иметь их много, но ему нравилось жить на широкую ногу, окружать себя красивыми вещами. Сергею же доставляли удовольствие деньги в чулке, под матрацем. Ему не хотелось их тратить даже на себя, радость доставлял сам факт обладания «пиастрами».
– Но из-за чего Сергей так возненавидел Леонардо и Марфу? – поинтересовался Аркадий. – Ведь они любили сына.
Николай хмыкнул:"
"– Ну, многие подростки лет в двенадцать-тринадцать начинают конфликтовать с отцом и матерью без всякого на то повода. Просто гормоны бродят в неокрепшем организме. Большинство детей, впрочем, потом успокаиваются и живут со своими предками в любви и согласии, однако кое у кого период подросткового созревания затягивается лет до двадцати, но бывают и совсем уж тяжелые случаи, когда родители и дети вообще не способны найти общий язык.
