А затем из ментовки позвонили. Нашли ее на станции Водорезово, на скамейке сидела, с кокой в руке. Инсульт у нее случился.
– Инсульт? – чуть не вскочила я. – В столь юном возрасте? Быть того не может!
– Вот и я не поверила, – шмыгнула носом Алла, – но менты такие спокойные были. В отделение пришли, с заведующим потолковали. Он потом все говорил: «Вот он, научно-технический прогресс. С одной стороны, благо, что таких тяжелых с того света вытаскиваем, с другой – совсем молодых теряем. Вы спуститесь на второй этаж! Там полно подростков с сердечно-сосудистыми заболеваниями.
Вот где беда! Вымирает нация».
– Ты рассказала милиционерам о том, каким образом Вера решила пополнить свой бюджет?
Аллочка скорчила презрительную гримаску.
– За дуру меня держите? Конечно, нет.
– Почему?
– Ну ваще, спросили! Ясное дело, кому охота с ментами связываться! Живо из меня виноватую сделают, навесят все.
– Ладно, с этим разобрались. Что же потом произошло?
– Так тетка мне позвонила, – зашептала Аллочка, испуганно оглядываясь по сторонам, – сегодня утром и сладким таким голосом запела: «Аллочка, меня зовут Катя, я должна Верочке пятьсот долларов, а никак не могу ее найти».
Ну я сказала, что Верка от инсульта загнулась.
Тетка заахала, заохала, запричитала. А потом заявила:
– Деньги-то не мои. Их один человек передать попросил Вере, сам он уехал из России, навсегда. Раз уж Верочка умерла, забирай их себе. Давай встретимся.
Аллочка сразу поняла, что незнакомка хочет ее убить; наверное, Верка растрепала ей о шантаже, может, потребовала даже доплаты за работу.
Виданное ли дело, отдавать деньги умершего человека другому. Да оставь их себе! И в голове Аллочки моментально родился новый план обогащения.
– Хорошо, – прикинулась она тупой клизмой, – куда ехать-то?
– На станцию Водорезово, я там живу, встречу тебя на платформе и отвезу к себе."
"– Ой, не, далеко больно! Может, в центре?
– Где? – не слишком довольным голосом осведомилась незнакомка.
– Вы магазин «Веселый боб» знаете?
– Да.
– Там есть кафешка, пойдет?
– Хорошо.
– А как я вас узнаю? – Алла решила изображать из себя дурочку до конца.
Она на самом деле очень хорошо помнила, как выглядела женщина, с которой тогда беседовала Верка. Среднего роста, не худая и не толстая, в элегантном брючном светло-бежевом костюме, волосы красиво уложены в прическу под названием «паж», такую, когда завитые вниз пряди прикрывают уши, а густая челка – лоб. На носу женщины сидели очки, рот был намазан ярко-красной помадой.
