Здравый смысл и стальная выдержка разбиваются вдребезги, когда слышу тихое, срывающееся: «Спасибо».
И в следующую секунду Яра вдруг становится на носочки, обхватывает мои щеки холодными ладошками. Делает судорожный вдох, будто набираясь смелости, и…
Касается моих губ своими.
Поцелуем это сложно назвать. Слишком невинно, неуверенно и нежно.
Но крышу Яра мне срывает похлеще опытных, искушенных баб.
Ласковые ладони неловко сползают по моей шее, ложатся на плечи, чуть надавливают. Яра напугана своим же импульсивным порывом – и собирается отстраниться.
Но теперь я не могу ее отпустить. Отступать слишком поздно.
Обхватываю рукой ее затылок и фиксирую, сжимая шелковистые локоны, зарываясь пальцами в волосы. Рвано вдыхаю, вбирая дурманящий женский аромат. Яра пахнет сладко, несмотря на примеси лекарств. Напоминает подснежники.
Так и манит попробовать ее на вкус, что я делаю в следующий миг. Накрываю пухлые, чуть приоткрытые от страха и предвкушения губы. Сминаю их своими, терзаю. Съедаю сиплый стон.
Стираю границы между правильным и ложным, выбирая скользкий путь.
Все запреты улетучиваются, цели и планы забываются. Будто это у меня память отшибло, а не у Яры.
В момент, когда я готов сгрести чужую жену в охапку и утащить в спальню, наплевав на все, в реальность нас обоих возвращает лай щенка.
Пес? Откуда он вообще в моей холостяцкой берлоге? И что вообще происходит вокруг?
Нехотя возвращаюсь во внешний мир, отпускаю алую от смущения Яру и, откашлявшись, кошусь в сторону пацанов.
Они всецело щенком заняты и нас не замечают. А может, вид делают, маленькие хитрецы.
- Ужинать будем? – пытаюсь обстановку разрядить, но голос подло срывается.
- Может, все-таки пюре приготовим, - приходит в себя Яра. – Салат какой-нибудь, - пожимает плечами. – Не хочу пиццу, - носик морщит.
Ожидаемо. Наверное, привыкла к более изысканным блюдам. Вспоминаю, кто она, а главное, чья, и настроение стремительно обваливается, как курс рубля к доллару.
Сложив руки на груди, хмуро на Ярославу смотрю, а она не теряется.
Будто привыкла уже к подобным моим перепадам. Отвечает лучезарной улыбкой, но я не ведусь."
"- Так, где у тебя кухня? – бойко спрашивает, но тут же тушуется. – То есть… у нас.
Не дожидаясь моего ответа, отправляется сама исследовать квартиру.
Ничего, не заблудится. Вернется – и будет довольствоваться тем, что есть. Такие, как она, не сильны в кулинарии, а я на поводу идти и прислуживать не собираюсь.
