Но ты могла сразу обсудить все со мной, а не додумывать себе не пойми что, — Антон тяжело вздыхает и кладет свой телефон с горящим экраном на стол передо мной.
С открытой фотографией той самой девушки, к которой, как думала, я его отпустила.
— Мы с Ромычем служили вместе. Так и начали дружить, — на несколько секунд Антон закрывает глаза, сжимает кулаки. — Он вообще парень спокойный был, никогда не лез в гущу событий. Всегда пытался мирно разрулить любой конфликт."
"— Был?..
— Был, Дашуль. Умер из-за каких-то гопников.
На улице хотел парню помочь, вступился, когда на того толпой налетели. До больницы не довезли, в скорой открылось сильное кровотечение, спасти не смогли. У него сестра осталась, Нонна, — он кивает на фотографию. — Ромыч перед приездом скорой мне позвонил, в свои последние минуты. Взял с меня обещание позаботиться о Нонке. У них никого нет больше, родители давно умерли, он сестру сам воспитывал.
— Какой кошмар… — у меня не находится других слов.
— А Нонна еще забеременела от женатого мужика.
Тайные отношения у них были, а у того семья, статус, репутация. Бизнес построен по протекции тестя. Боялся мужик, что любовница сможет все разрушить. Угрожал ей, преследовал, запугивал. Я не мог ее бросить, понимаешь?
— Понимаю, я все понимаю. Но почему ты мне ничего не рассказал? Скрывал все, как будто это преступление какое-то.
— А как бы ты отреагировала, если бы узнала, что я много времени провожу с девушкой, которая в меня влюблена? — Антон мучительно усмехается.
Я бы ревновала. Подозревала. Зная свой характер и прекрасно помня, насколько я была привязана к Антону до нашего развода, я бы могла поставить ему условие выбирать.
— Тысячу раз я говорил Нонке о том, что между нами ничего быть не может. Думал, что она успокоилась, а оказалось…
Оказалось, что во время своего якобы затишья девушка пыталась убрать меня с пути завоевания Антона. Подкидывала женские вещи в его машину, как-то узнала мой номер и решила надавить на жалость с помощью маленького ребенка.
— У нас с ней серьезный разговор был, когда Нонка узнала, что мы развелись.
— Серьезный разговор? — я сейчас напоминаю себе попугайчика, повторяющего отдельные фразы.
— В жесткой форме объяснил, что между нами ничего быть не может. Я понимаю, Даш, что тебе неприятно это слышать, но раз уж у нас сегодня разговор начистоту, считаю нужным тебе об этом сообщить.
— Не знаю, как реагировать на все это, — честно признаюсь Антону.
