– Вам нужно писать так, как вы чувствуете, иначе ничего не выйдет.
– Да оно и так ничего не выходит, – фыркнула Ольга.
– И вы готовы переделать все в угоду издателям и читательскому спросу?
– Почему нет? – удивилась Ольга. – Буду с вами честна: мне просто очень нужны деньги. И очень нужно кем-то стать.
– А на что еще вы готовы ради этого? – каким-то странным тоном поинтересовался незнакомец.
– Да на все! – брякнула Ольга.
И непроизвольно поежилась от порыва холодного ветра. Он оказался каким-то особенно ледяным, как будто из могилы дохнуло.
«Странная ассоциация, – подумала Ольга, – но нужно запомнить».
– Возможно, я смогу вам помочь, – улыбнулся мужчина. – Но давайте продолжим этот разговор в другом месте. Вы совсем замерзли.
Ольга снова недоверчиво покосилась на него. Мужчина улыбался и излучал доброжелательность. Когда-то он наверняка был очень красив, но годы неумолимо отнимали у него привлекательность.
– А давайте, – неожиданно для себя согласилась она.
Какая, к черту, разница? Что она теряет? Невинность давно потеряна, а больше у нее никогда ничего своего и не было.
Незнакомец неожиданно проворно вскочил со скамейки и сделал приглашающий жест в сторону припаркованной неподалеку машины. В машине ждал молодой молчаливый водитель. Мужчина ничего ему не сказал, но тот тронулся, едва захлопнулись дверцы, словно точно знал, куда нужно ехать.
Ольге вновь стало не по себе, но их поездка долго не продлилась: машина припарковалась у новой, шикарной на вид многоэтажки где-то в центре.
Подъезд с консьержем, лифт, как в американском кино про дорогой отель. И квартира где-то под самой крышей. Одна на весь этаж.
В гостиной, больше похожей на зал музея или комнату во дворце, где по ошибке поставили современный кожаный диван, Ольга почувствовала себя ужасно неуютно. Мужчина в хорошем костюме сюда вписывался. Ее бывший муж сюда вписался бы. А она сама – в дешевой футболке и турецких джинсах, купленных на распродаже, – не очень. От предложения сесть Ольга отказалась, а от бокала вина – нет.
На трезвую голову находиться здесь было совершенно невыносимо.
– Десять романов – это хороший задел, – заметил мужчина, протягивая ей бокал, в который легко могла поместиться, наверное, целая бутылка вина, но темно-бордовая жидкость, похожая на кровь, плескалась в нем на донышке. – Этого хватит на два года: шесть выпустим в первый, еще четыре во второй. Ваша задача: за это время написать еще столько же.
