Я пошла за ней и очутилась в большой комнате со столом, стульями, буфетом – мебель была дорогой, итальянского производства.
– Вот банка, – пролепетала Зяма, – и чайничек.
– Похоже, ты не любишь готовить, – заметила я, включая электроприбор.
– Мама не разрешает, – сказала Зяма, – я могу пролить кипяток, обожгусь, попаду в больницу, умру…
– Тебя, наверное, одну не выпускают в город? – предположила я."
"– Нет! Мы с мамой всегда вместе.
– Алевтина Михайловна не работает?
– Она дома рисует. Мама иллюстратор детских книг.
Отведет меня в академию и пишет картинку.
Я села за стол.
– Зяма, как тебя зовут?
– Зяма.
– Навряд ли так в паспорте написано.
– По документам я Светлана.
– Очень красивое имя, – сказала я.
– Маме не нравилось.
Глагол в прошедшем времени резанул слух.
– Света, твоя мама жива.
– Вы уже говорили. Я знаю.
– Почему тогда сказала: «Не нравилось»? Не нравится, – поправила я.
– Нет. Не нравилось, – возразила девочка, – мама так говорит: «Имя Светлана всегда мне не нравилось, но папа так тебя назвал.
Противное имечко». Вот. Я Зяма. Можете мне чаю налить?
– С удовольствием, – ответила я, – у тебя есть какие-нибудь родственники?
– Нет. Папа умер. Вот. Бабушек-дедушек, тетей-дядей, слава богу, нет!
– Почему «слава богу», что нет родных? – удивилась я.
– Так мама говорит.
– Зяма, Алевтина Михайловна приехала к нам с пылесосом-роботом. Мы приняли ее за дилера, который ходит по людям и предлагает им делать покупки, получая за это процент от фирмы.
– Нет. Мама художник.
– Зачем тогда она привезла нам агрегат? И вела себя как коммивояжер?
– Слова этого ком… во… жер я не знаю. Простите. Мама вместо тети Липы отправилась.
– Значит, у тебя все-таки есть тетя? – обрадовалась я, давно поняв, что девочку нельзя оставить одну дома.
– Она не настоящая тетя, не по крови. Подруга мамы, они всю жизнь вместе, их родители дружили. Я слишком маленькая, чтобы звать ее просто Липой. Поэтому – тетя.
– Можешь ей позвонить?
– Нет.
– Почему?
– У меня нет мобильного.
Только компьютер. Я пользуюсь им для уроков. Мама запретила соцсети. Я в них не хожу. А излучение от ноутбука вызывает рак. Если долго им пользоваться, в день по несколько часов, я заболею и умру.
– Здесь же есть городской аппарат?
– Да! Ой. Я не сообразила. Простите.
Зяма схватила трубку, которая лежала на буфете, потыкала в нее пальцем и дала мне. Через секунду я услышала веселый голос:
– Котеночек. Ура! Я все успела сделать.
