– Ой, право, мне неудобно, – прошептала няня, – я женщина, Александр Михайлович мужчина… О таких вещах может сказать лишь супруга, да и то шепотом… на ушко. Или доченька! Или внучка!
– Пусть она объяснит, или я за себя не отвечаю! – рявкнул полковник.
– Дашенька, может, вы? – пролепетала Нина. – Как родной человек… супруга…
– Муж Даши я, – напомнил Феликс.
– Ну… почти жена, – вздохнула Пантина, – э… э… боевая подруга…
– Дарья, скорее, танк с ракетной установкой, огнеметами и химическими бомбами, – разъярился толстяк.
– Что со мной не так?
– Кое-что, – прошептала Нина, – Дашенька, давайте вам на ушко скажу, а вы уж уведете полковника подальше и там… ему… все… в глаза!
– Хорошо, – согласилась я.
– Ой! Как здорово, – забила в ладоши Пантина.
– Одна проблема, – продолжала я, – мои уши до вас не дотянутся. А как вас опустить, я пока не знаю.
– О-о-о-о, – простонала Нина, – ужасное ощущение, понимаю, придется самой. Господа! Убедительно прошу вас меня понять. Ни в коей мере я не являюсь бесцеремонной дамой, которая…
– Мы поняли, что вы чрезвычайно деликатны, – остановила я няню.
"
"– Да, да! Очень приятно оказаться среди тех, кто с тобой на одной волне, – обрадовалась Нина Сергеевна. – Мне трудно сейчас, вот так, прямо, но… выхода нет. Александр Михайлович! У вас не комильфо с задними воротами!
– Что? – вытаращил глаза толстяк.
– Не комильфо с задними воротами, – еле слышно повторила Нина. – Это так мило, что вы любите птичек!
– Я люблю птичек? – ошалело повторил полковник.
– Каких, на фиг, птичек?
– Пингвинчиков, веселых, в кепочках, – донеслось сверху.
– Она сошла с ума! – резюмировал полковник.
– Нет, – обиделась Нина. – У вас не комильфо с задними воротами! Птички оттуда выглядывают. Я их вижу. Нельзя так из дома выходить. Птичек неприлично посторонним показывать. Ладно бы одни мужчины вокруг вас были, но есть и женщины. Невинные девушки. Они еще не замужем. Им такое рано видеть.
– Юра, вызови «Скорую», – велел толстяк, – психиатрическую перевозку.
– Я здорова, – возразила Пантина, – просто предупреждаю: птичек вижу.
– Где они у меня? – взвыл толстяк.
– Из задних ворот смотрят!
– Где они у меня? – побагровел Дегтярев.
– Из задних ворот выглядывают.
– Да где эти чертовы ворота? – затопал ногами толстяк.
– Сзади, – уточнила Нина.
– Я не забор, – рассвирепел полковник, – нет у меня ворот.
– Они у всех есть! – твердо заявила Нина.
Я зашла за спину Александра Михайловича.
