Купили коляску, она ведь на двойню. Посмотрите цены на коляски на двойню! Купили две кроватки. Вот и умножайте всё на два!
– Надо было предохраняться!
– Ой ли..,– а потом вдруг резко замолкает. Понимает, видимо, что сейчас мне не выгодно хамить. Денег ведь и работы просит. Меняет тон. – Ну будьте вы человеком, просто помогите с работой, – ластиться ко мне как преданный пёс, а мне противно.
– Хорошо, иди устраивайся. Но ты будешь работать не в офисе. Это сто процентов. На стройке. Как раз разнорабочих не хватает.
– Мне хотелось бы всё-таки в офисе…
–Тогда иди ещё другое место, – пожимаю равнодушным плечами, уверен, что он откажется, и уйдёт. – В офисе-то не получишь место. Устраивает стройка или нет, говори сразу. У меня совершенно нет времени болтать впустую.
– Я хотел бы спокойно какие-нибудь бумажки в офисе перебирать. Так сказать, непыльное что-то.
– Ты глупый или наглый? Ты, видимо решил, что, если я был добр с Алиной, значит будет тоже самое с тобой?
– Она о вас хорошо отзывалась, – кивает.
– И что? Ты, видимо, слушая эти отзывы одного не учёл: я добр и учтив не со всеми и до определённого времени. Тебе нужно быть более аккуратным в общении со мной. Я тебе не друг, не сват, не брат. Условия мне ставить совершенно точно не надо. Если я тебя и возьму, и то только на стройку класть кирпичи, и сделаю это ради своей сотрудницы, твоей жены, а не потому, что ты такой смелый и качаешь тут права. Усёк?
– Нет, на стройку не пойду. Всё-таки надеялся на офис.
Ну раз с работой не получилось, могу я попросить вас об одолжении?
– Ещё что? – продолжаю удивляться.
– Как я сказал, мама болеет, лекарства нужны. Денег не хватает. Двое детей. Помогите нам. Ну-у-у, – задумывается, – будем считать, что вы просто помогаете какой-то бедной семье. А при условии того, что вы знаете девушку из этой семьи, я думаю, что вам не составит особого труда оказать такую материальную помощь. Будете точно знать, что деньги не пошли на что-то плохое, а на детей, – сверлит меня глазами.
– Твои дети. Отец должен заботиться о них, – пожимаю плечами.
– Да, отец должен заботиться, – замолкает, словно ищет подходящие слова, – но всё-таки, в честь добрых и хороших, близких отношений, помогите Алине. Сама она стесняется прийти и попросить. А мне вот пришлось переступить через себя, и идти к вам на поклон. Не пошёл бы унижаться, вот честно! – театрально бьёт себя в грудь¸ – но она так просила, так умоляла.
