Начиная паниковать, понимаю, что уйти тихо из квартиры уже не успею. А ещё, я понятия не имею, что сделала такого, чтобы говорить обо мне такие гадости.
Он просто опытный мужчина, и это наложились на мой шок. Тело ему ответило."
"Пьяных нужно бояться сильнее трезвых. Потому что большинство детей, живущих в интернате, попали туда именно после пьяных разборок своих родителей. И лучше ни у кого не спрашивать, что там происходило. Это страшно.
Выступая на сцене в костюме матрешки или зайца и принимая от Северова новогодние подарки, я бы никогда не подумала, что он тоже… как все!
Оглядываюсь по сторонам в поиске оружия для самозащиты.
Ваза, обувная ложка и… пистолет.
— Чертова сука! — Дверь распахивается, и я, хватаю то, что кажется мне самым аргументированным вариантом. Пистолет.
Холодная сталь обжигает пальцы.
«Он настоящий!» — Почему-то я осознаю это только сейчас.
Перехватываю рукоятку второй рукой, боясь выронить из-за сильного тремора, снимаю с предохранителя и направляю на дверь.
Северов замолкает на полуслове и замирает в дверном проёме, медленно опуская вниз телефон.
— Дура, ствол положи… Он выстрелить может.
Глава 4. Болезная.
Сергей
— Ствол положи, дура, — я холодею, видя в руках девчонки заряженный пистолет. — Он выстрелить может.
— Стойте там! — Взмахивает дулом и крепче стискивает пальчиками рукоятку.
Мою сильную «нетрезвость» снимает, как рукой. Хороший метод, надо запомнить на всякий случай.
— Стою, стою, — успокаивающе вскидываю ладони вверх. — Ты скажи… — говорю севшим голосом, а сам мелкими шагами направляюсь к этой болезной.
Ну, Саид, мать твою, ну спасибо, друг! — Я тебя чем-то обидел разве? Ну передумала, так иди отсюда! Никто не держит.
— Да, — кивает. — Я хочу уйти.
— Ты пистолет то на пол положи, — говорю с ней, как с умственно отсталой, — а то поранишься. Да и одеваться неудобно…
Мы впиваемая в друг друга глазами. Я пытаюсь оценить по ее внешнему виду не сперла ли чего, а она, не сокращая расстояния, словно по орбите, движется к двери.
Воздух между нами сгущается от недоверия.
Резкий звонок лупит по нему, заставляя меня вздрогнуть и только каким-то шестым чувством закрыть голову руками. Потому что уже в следующую долю секунды я слышу испуганный вскрик девчонки и звук выстрела.
Ну капец! Мое сердце заходится в тахикардии. Осколки китайской вазы разлетаются мелким стеклянным дождем в разные стороны и осыпаются мне на ботинки.
Эта болезная роняет пистолет на пол, забивается в угол под вешалку и начинает рыдать.
