Тяжело дыша и теряя дракоценные секунды, Артур с паникой в глазах покосился на людей за моей спиной, а затем огляделся по сторонам, будто кровожадные палачи должны были вот-вот выйти из густой чащи леса! Он еще сомневался не решаясь сделать даже шага, когда мое последнее слово, прозвучало точно выстрел:
— Беги.
***
СОНЯ
Гулкое эхо моих неуверенных шагов раздавалось в просторном, длинном коридоре, пока делая глубокие вдохи, я старалась перебить позывы рвоты, от которых во рту все еще стоял кислый привкус.
На моих плечах развевался одноразовый халат, а на ногах шелестели бахилы для соблюдения стерильности в неврологическом отделении. За несколько месяцев ежедневных посещений, казалось, я уже выучила наизусть лабиринты коридоров, которые приведут к ее палате. Просторной, одноместной и всегда идеально убранной. До сих пор не верилось, что льготы ветерана труда, могут иметь такие преимущества, о которых мне с самого начала твердит главврач центральной клиники нашего города…
Перед тем как зайти к ней, по обыкновению встряхнулась и заглушила все эмоции, что под давлением гормонов были особенно непредсказуемы.
Потому что каждый раз, это было для меня одинаково невыносимо! Каждый раз видеть, что она лежит в том же положении и с тем же «мертвым» выражением лица. Порой, я намеренно не смотрела на нее — бледную и высохшую. Ставила небольшой букет цветов, открывала жалюзи, чтобы впустить щедрое, весеннее солнце и только после шла к койке.
В груди тут же беспощадно передергивало, а горло наполнялось свинцом так, что я даже не могла выдавить приветствие! Или мне просто уже казалось это бессмысленным… Ведь с каждым днем все больше гасла надежда, что я когда-нибудь увижу от нее хоть какую-то реакцию.
— Привет. — Тихо выдохнула, поправляя жесткую подушку и склоняясь к родному лицу, чтобы поцеловать.
Это уже превратилось в ритуал: я брала ее руку и, усаживаясь в небольшое, но удобное кресло, начинала рассказывать обо всем, что могло случиться со мной за прошедшие сутки: о том, о чем переживала.
О том, чего боялась. И даже о том, что никому не могла рассказать.
Только сегодня мне не хотелось говорить. Глядя в одну точку я поглаживала мягкую руку бабушки, пребывая в своих тяжелых мыслях…
Как бы я не хотела отогнать опасные иллюзии, раз за разом скользкие догадки все равно пробирались в мое сознание. А что если это он все устроил?..