Постепенно народ теряет ко мне интерес, все снова начинают доигрывать свои партии. Часть гостей так и не удостоила меня своим вниманием."
"— Позвольте поинтересоваться, друг, — шепчу на ухо Абсею. — Кто из тех почтенных дам княгиня Юсупова?
Решил сразу с крупной рыбёшки зайти.
— О, у вас к ней дело?
— Нет, просто хочу познакомиться, — подмигиваю ему.
— А вы не прост, мой друг, — посмеивается граф. — Но скажу вам так, вдова занудна, что мало какой юный герой выдержит с ней больше часа. Однако если заслужите её расположение, это окупится с лихвой.
Вон она сидит, пасьянс раскладывает в гордом одиночестве. Хотите, я вас представлю и удалюсь тактично? Так–то она ещё ничего, баба огонь.
Ага, вижу. В отдельной ВИП–зоне, как царица. Тётке лет пятьдесят пять на вид, морщинистые шары сисек навыкате. Крупная, макияжем разукрашена так, что смотрится, как попугай. Зато сияет от драгоценностей, как новогодняя ёлка.
— Буду признателен, Абсей, — говорю, но как–то неуверенно выходит.
— Не стоит, Ярослав, для Огарёвых я готов на любые жертвы, — заявляет с улыбкой.
— Даже на то, чтоб вновь заговорить с этой занудной женщиной.
Когда подходим к ней, она даже глаз не поднимает.
— Всемила Даромировна, позвольте нарушить ваш покой, — начинает мой дружок уже изрядно поддавший. — И представить моего дорогого друга из тульского княжества рода Огарёвых, Ярослава Огарёва.
Только с последней фразы она поднимает свои синие уставшие от жизни глаза, впиваясь ими сразу в меня. И я понимаю, что дело гиблое.
— Ну я вас оставлю, — затушевался сразу граф и быстро ретировался.
А я вдруг понял, что встречаюсь с нехилым таким магом! И судя по ощущениям, она владеет рубином.
— С чем пожаловал? — Спрашивает, вновь принимаясь за свои карты.
Очень старые, потёртые. На одних изображены языческие боги, на других щиты с обозначением воинов. Очень походят на простые карты.
— Скучно у вас тут, — отвечаю, усаживаясь на стул напротив.
— Скучно? Ты хорошо развлёк рассказами господ. Да и… я не разрешала садиться за мой стол, — заворчала, продолжая раскладывать.
— Интересные у вас карты, — перевожу тему. — Вы позволите?
Сгребаю все её выложенные ряды нагло, выхватываю часть стопки из рук. Бабуля в шоке, смотрит ошалело.
— Да что ты себе позволяешь? — Возмущается.
— Я просто покажу вам фокус. А то сидите грустная, — отвечаю, рассматривая карты.
— А тебе какое дело? — Фыркает.
— Вы мне напомнили одну девушку, — заливаю. — Очень красивую, я любил её. Любовь была несчастной.
