Выбрасываю руку вверх, наращивая внутри как можно больше жил, и хватаю за цепь. Через мгновение папаша отталкивает непутёвого сына. Отлетаю к стене, прикладываясь затылком. На полметра ниже моё бренное тело едва избежало травм.
Но главное сейчас не это! Цепь у меня в руках.
— Давай! — Кричу я сиплым, совершенно не своим голосом.
Почуяв неладное, великан тянется за своей цепью. И тут же вскрикивает, дёргаясь! А затем начинает корчиться. Разворачивается к крохотной Дарье, которая хреначит из Змеевика одну стрелу за другой! И явно уже на пределе резерва это делает.
Великан хочет её накрыть. Но я прыгаю и вцепляюсь в его ногу, не давая совершить манёвр. Гигант валится! Ползу по его спине и бью в ухо, из кулака вылезают корни, которые я перетягиваю с нижней части тела носителя. Щупальца стремительно пробивают перепонку и вгрызаются в мозг.
Даф орёт, кашляет и дёргается. Но рыпается с каждой секундой всё меньше.
Чую, как в меня впивается змеюка, перебегая от отца к сыну.
— Снимай! — Кричу. — Всё! Снимай!!
Очнулся я лежащий на шее мелкого великана, который в свою очередь лежит на большом.
Дарья растормошила, а я никакущий, башка раскалывается, как после знатной попойки. Слез кое–как с трупов, вялый, как сосиска.
Резерва ноль один процент. Зашибись.
Магичка нависает надо мной с глазищами изумрудными навыкате.
— Да ты… да чтоб тебя! — Под конец взвизгнула и разрыдалась.
— Всё было под контролем, прекрати реветь, — отвечаю скрипучим голосом. И ползу до загона со свиньями.
Подружка помогает подняться, подпирает своим плечом.
Жертвуем ещё одной свинкой ради моего резерва. Становится лучше, когда в крови искупался.
У Дарьи щека дёргается, когда она смотрит на это.
— Цена силы, — комментирую и скалюсь. — Как мы их?
— Что ты за чудо, — выдаёт магичка и теперь начинает смеяться. — Знала бы, утопила ещё тогда в луже.
— Да ладно, сколько мы уже людей спасли, — говорю и сам думаю, что кстати нихрена никого мы ещё не спасли. А надо бы."
"Спустя пятнадцать минут все пленницы уже внизу, спустились сами.
Самой старшей лет пятьдесят, а самой мелкой тринадцать. Сестра барона с двумя дочками и три внучки барона. Всего шесть пленниц вышло. Расселись полукругом и смотрят мне в рот, как дурочки потерянные. Сразу почуял, что поехавшие малость, то есть немного ку–ку. Надеюсь, это дело поправимое.
А я, не стесняясь, прямо при них в сундуке копаюсь.
— Даш, серьги надо? Изумрудные, под цвет глаз, — демонстрирую. — Вторую найти не могу.
— Убери а, — воет магичка.
