И ей даже не интересно, что там внизу за два клопа гуляют. А может, и не видит, мы ж по тени стараемся идти.
Встав у мамаши, понял, что тянуть нельзя. Пока главный великан гуляет, надо этих кончать. У мамаши голова на потолок смотрит, а у сыночка на меня.
Возвращаюсь к первому великану. Дарья, кивает, мол что.
— Прячься, — шепчу ей. — Я всё сделаю.
— Давай одновременно? — Предлагает. — Твой резерв тебе нужнее.
Передаю ей Змеевик.
— В ухо Дафне, — подсказываю. — Три стрелы, не меньше. По моему сигналу. Мелкого я сам.
Кивает, идёт на позиции, вставая в десяти метрах, чтоб в упор.
А я к мелкому подступаюсь. К глазнице примеряюсь, каждая в диаметре, как вентиляционная шахта. Поэтому скапливаю сразу три десятка щупалец с уплотнёнными кончиками, что иглами, которые вырастают из руки. И замирают на взводе. Дарья смотрит на это с ужасом, уже со стрелой наготове.
Машу ей свободной рукой. Мол, начинай.
И она стреляет!! А я вгрызаюсь в твёрдое веко с трудом, а следом прохожу стремительно глаз, врываясь в мозг.
Там уже паутиной расходятся змеи.
Дафин дёргает башкой, отталкивая меня моими же корнями, но связь с щупальцами я не теряю до самого конца. Гигант выгибается в полном напряге, затем падает уже расслабленным и наклоняет башку со свесившимся языком в мою сторону. Всё, сдох!
Тем временем, Дарья выпускает уже вторую стрелу! И тут же пытается дать третью, но мамаша поднимает вдруг вой, вставая. Глаза её жуткие кроваво–серые закатываются вверх. Она тянет свои лапы, пытаясь схватить Дарью и чавкая при этом.
Магичка успевает увернуться и даёт уже стрелы по телу, которые исчезаю в груди одна за одной.
И всё это на фоне всполошившейся живности, которая заверещала и стала метаться по загонам, как сперма в керосине.
Дафна всё никак не дохнет, штормит её. Но встать с постели уже не может, просто руками машет и воет. Пока за сердце не хватается, начиная звучно вдыхать. Валится обратно и сопит ещё около минуты, пока под ней чёрная лужа крови не расползается.
К Дарье подскакиваю.
— Слишком много резерва ушло, — стонет, снимая браслет. — Шестнадцать стрел выпустила.
Сверху из клеток на нас смотрят пленницы разных возрастов из своих отдельных клеток.
— С этими разобрались! — Кричу им. — Даф где?
Хлопают глазами, как дуры.
Одна мелкая лет пятнадцати руку вытягивает в сторону выхода.
— Ярик! — Кричит Дарья. — У нас проблемы!
Я и сам вибрацию чувствую. Живность быстро затихает, как назло. И становится слышны шаги и грохот.
