Бахнув в неё спорой, я быстро захватил тельце и весело поскакал мимо первого голема.
— Что ты делаешь? — Прошипела в ухо Белка.
Хрясь! Ощущение такое, будто мой собственный через раскололся.
Через несколько секунд контакт прервался. И я с ужасом увидел, как внезапно ожившая «матрёшка» уже в расправленном виде, что человек, медленно, но угрожающе убирает ногу из–под сплющенной мышки.
С лёгким треском голем уже метра под два в высоту осмотрелся неподвижным жутковатым лицом по периметру, заставив нас спрятать головы за ствол, а затем, судя по елозящему шуму, он принял прежнюю форму, сложившись в «матрёшку».
— Барсука давай, — хмыкнула Белка. — И не приближайся к нему. Сердце где–то между двумя.
Потащился барсуком. Подружка злится, мол, слишком шумлю. Примерно посередине прошёл, стал рыскать по берегу речки. Третий голем вылез из почвы и каменной рукой его прихлопнул.
— Да ёпрст, — прошипел я, встряхивая головой.
— Ежа давай, — буркнула Белка и сделала вид, будто её уже всё достало.
Ёжик прожил дольше, мы даже раскопали парочку камней.
Но завозились, сразу двое големов пришли в движение и спрессовали зверька в две ноги. Потопали по очереди, пока уже мокрого места не осталось.
— А чего они такие злые? — Кривлюсь, выглядывая из–за дерева.
— Сердце своё охраняют, вот и злые, — шепчет.
— Может, обойдём? Нам же в замок надо? — Предлагаю.
— Да они по кругу, в других местах сразу и не увидеть. Только напоремся и огребём. Здесь надо идти.
— Блин, в любом случае нельзя таких уродов оставлять на моей земле.
Подожди, а что их Сердцу сделает какой–то там ёж? Они хоть различают цели?
— Дай подумать, — ответила Белка, озадачившись.
— Подскажи, а если в выдолбленную канавку руны попадает грязь? — Спрашиваю, пытаясь понять кое–что.
— Полагаю, руна теряет свои свойства, — отвечает подружка.
— Получается, чтобы не засорились канавки, Сердце големов должно быть постоянно под потоком воды, — заключаю.
— Речка, — осенило Белку. — Ищи новых приспешников.
— Нет, всё, достало возиться, — фыркнул.
— Я отвлеку, а ты проскочи до речки.
— Как знаешь, — не стала спорить девушка.
Стоило пройти пять шагов от дерева, ближайший голем зашевелился! Он будто встал из сидячего положения, расправляя своё тело и двинулся на меня уверенной походкой. Земля аж завибрировала. Встрепенулись и оба других голема, зашевелившись.
Корнями попытался первого задержать, а они ему, что нитки, рвутся слишком уж легко! Но я не сдаюсь, набрасываю путы всё крупнее, замедляя монстра.
