— Когда всё закончится, мы отправимся в сад, Анули покажет нам фрукты, те что поспели, а Роско сейчас выгуляет Яник, — продолжила, взмахом руки подозвав пса, который вот уже как десять минут сидел у окна и с тоской поглядывал на улицу…
Бургомистр, мсье Норт и ещё трое незнакомцев прибыли в Феми спустя час, я успела перекусить и проведать Нел, которая, отмывшись от краски и сменив необычный наряд, состоящий из огромного куска синей ткани, намотанной вокруг тела, на привычную рубаху и юбку, рассказывала сестре, как всю ночь гоняла от себя мужа, время от времени заливисто смеясь и плача одновременно.
Заглянула к Хлое и Яник, распорядилась приготовить закуски, чай и лимонад. Немного побеседовала с Анули, она пыталась меня отвлечь от предстоящего разговора, рассказывая о новых маслах, которые ей привезли подруги. А теперь сидела за столом в гостиной и внимательно слушала историю похищения с самого начала.
— Я в саду была, когда Буру появился. Стал что-то на своём плести, потом за руки хватать.
Ну я его прогнала и домой повернула, а мне кто-то на голову тряпку накинул и рот зажал. Я укусила… но к этому времени мне руки к телу чем-то прижали и ноги держали. Госпожа, я пыталась вырваться, но их было больше…
— Нел, главное, что ты жива и невредима, — успокоила разволновавшуюся девушку, ободряюще ей улыбнувшись, чтобы продолжила рассказывать.
— Приволокли меня к себе, там их Мудрая Фераха на плохом вирданском провещала, что семя Аджуго должно расти, что их женщины пусты и они вынуждены к Омас обращаться.
— Омас — так здесь белых называют, — пояснил Идир, поставив перед Нел стакан с водой.
— Меня три здоровущие женщины наряжали и лицо с руками краской измазали, потом втолкнули в дом маленький, там окон даже нет. Я не сразу и поняла, что не одна, пока этот не стал меня лапать, ну, зарядила ему между… кхм. Всю ночь он ко мне лез, я не подпускала… госпожа, думала всё, там и останусь, в этой темноте, — всхлипнула девушка, дрожащими руками схватив стакан, залпом его осушила и, чуть помолчав, продолжила, — слышала, как они за стеной пели на своём и стонали громко.
А потом нас выпустили, и та женщина с пером на голове сказала Буру что-то. А после мне, что я могу забирать своего мужа с собой и делать с ним, что хочу.
— Повезло вашей служанке, мадам Делия, попасть в племя Аджуго, — наконец заговорил бургомистр спустя несколько минут тягостной тишины, — мы по их диким законам не живём, поэтому абориген мужем ей быть не может.
