Дориан присел на корточки над телом отца, ломая голову над тем, что надо будет сделать, когда корзина поднимется на поверхность, – и что сделают те, кто там находится.
Отправить вниз корзину – прозорливый ход. Они предположили, что Дориан – вражеский боец. Всегда лучше сражаться на поле боя по собственному выбору, когда вся твоя армия под рукой. Вниз по колодцу Иммари могли отправить лишь горстку солдат, а спустившись на дно, имели все шансы наткнуться на подоспевшее воинство атлантов. Подкрепление вниз в мгновение ока не отправишь, так что все переброшенные туда войска можно сразу списывать в расход – или хуже того: их могли захватить живыми и выжать из них разведданные о численности подразделений и оборонительных ресурсах Иммари.
Дориан не сомневался только в одном: его выведут из строя, как только корзина покажется на поверхности.
Он лежал в корзине навзничь, плечом к плечу с мертвым отцом. Наблюдал и ждал. Прожекторы на платформе наверху пронзили тьму лучами света, стали ярче и наконец обрели форму.
Корзина рывком остановилась, слегка покачиваясь на ветру. Дориан услышал скрип снега под подошвами бросившихся к нему людей, а затем его кольцом окружили солдаты, целившие из автоматических винтовок.
Не доносилось ни звука, и секунду-другую ничего не происходило. Они выжидали действий с его стороны. Дориан не шевелился. Наконец один солдат, выйдя вперед, связал ему руки и ноги, а затем двое других подняли Слоуна и его отца и понесли их к базе.
Вся площадка была залита ярким светом, показывающим, во что превратилась база. Ближайшая секция осталась в точности такой, какой запомнилась Дориану: гигантской белой гусеницей, протянувшейся на длину футбольного поля и изогнувшейся с обоих концов. Но теперь гусениц стало больше – по меньшей мере, три десятка их протянулись вдаль, сколько видел глаз. Сколько же здесь расквартировано войск? Дориан надеялся, что достаточно. Он разыщет убийцу отца и заставит его ответить за свое злодеяние, но сначала следовало разобраться с угрозой, затаившейся внизу.
Солдаты вошли в просторную камеру обеззараживания, и распылительные головки на потолке включились, оросив Дориана и охраняющих его солдат. Когда поток жидкости иссяк, они отнесли его и швырнули на стол.
Ближайший солдат отомкнул защелки шлема Дориана и снял его. Все застыли, как громом пораженные.
– Я бежал. А теперь развяжите меня. Они проснулись. Нужно атаковать.
