Камау обошел комнату, вручив каждому солдату по чашке кофе, после чего присоединился к Дэвиду. Оба постояли с минуту, глядя в ночь. Вэйла порадовало, что африканец не проронил ни слова. Спустя пару минут Камау просто поднял свои часы: двадцать два ноль-ноль. Дэвид включил рацию.
– Всем постам доложиться.
Один за другим люди отзывались, и их позывные под треск помех раздавались в наушнике Дэвида. Он дождался, когда последний фрагмент мозаики ляжет на свое место. Все взяли позывные в честь героев Троянской войны; было единодушно решено, что Дэвида следует называть Ахиллом.
– Ахилл, здесь Аякс. Троянцы в банкетном зале. Мы начинаем пир.
Код «начать пир» означал, что всех заперли и пустили газ.
– Вас понял, Аякс."
"С этими словами Вэйл покинул башню КП, спустился на первую площадку и снова посигналил фонариком. К моменту его возвращения на командный пункт вдоль всего периметра уже грохотали взрывы. Над внешней стеной возносились столбы пламени и дыма. Трое сидящих за пультами лихорадочно манипулировали компьютерами и радио.
Экраны показывали происходящее. На стены волна за волной накатывали всадники. Автоматические пулеметы на башнях косили их, как траву, но неустанные атаки продолжались.
– Башня-два запрашивает разрешение на применение рельсотрона.
Камау бросил взгляд на Дэвида.
Рельсотроны причинят войску берберов изрядный ущерб. Однако санкция на их использование будет очень убедительной для гарнизона, докажет, что базе грозит опасность.
Дэвид указал на снайперскую винтовку, висящую на плече Камау.
– Сними их после первого выстрела.
Подойдя к командирскому креслу, он включил микрофон.
– Башня-два, это подполковник Уэллс. Майор передал командование мне. Даю добро на рельсотрон «дельта», огонь по готовности.
Отключив рацию, он ждал. Рельсотрон метнул в ночь огненную стрелу, и в воздух взмыл гейзер земли вперемешку с кровью, оставив на том месте, где секунду назад были люди и лошади, лишь черную тучу. После этого на миг все будто стихло. Дэвид надеялся, что берберы не прекратят штурм.
Это необходимо для его планов.
Снизу, с лестничной площадки, один за другим быстро прогрохотали три выстрела. Рельсотрон замолк.
Дэвид снова щелкнул тумблером микрофона на панели управления.
– Батальоны один, два и три, перейти в зону один. Повторяю, батальоны один, два и три, здесь компункт Сеуты, внешняя стена под угрозой, перейти в зону один и занять позиции.
Почти сразу Дэвид увидел движение в цитадели и кольце отчуждения за ее пределами.
