- Арина проснулась.
Открываю дверь и наклоняюсь к дочери. Увидев меня, она тут же успокаивается.
- Проснулась? - улыбаюсь бодро, трясущимися слабыми руками ремни пытаюсь расстегнуть.
- Отойди,Саш. Я сам.
Делаю шаг назад, уступаю место отцу Ариши и приваливаюсь спиной к капоту. Ноги не держат, под одеждой жар пышет, и кислороду катастрофически не хватает.
Во рту вкус его раскатываю.
- Может, ко мне поедете? - предлагает, прижимая Аришку к себе.
Она спросонья глазки руками трет, головой по сторонам вертит.
- Мы домой.
.. - взглядом на его губах застреваю, - я... вообще, не уверена.
- Скажешь, что я сделать должен, я сделаю.
- Память мне стереть? - хмыкаю с улыбкой.
Конечно, такое ему не под силу. Оба понимаем это, и оба знаем, что поцелуй этот не последним был.
Поднимаемся на лифте, заходим в квартиру, где нас уже мама встречает. Принимает Арину у Олега, а сама внимательно смотрит на нас.
По глазам вижу, что понимает все, и губы мои припухшие от поцелуев отмечает, и наколотые щетиной щеки.
Допрос начинается, едва за ним закрывается дверь.
- Что у вас?
- Ничего.
- Как все прошло?
- Отлично, - отчитываюсь, - нас хорошо приняли. Я кучу фотографий сделала...
- Мне Антонина Петровна уже позвонила, и фотографии мне все скинули...
- Ого!
Мама вздохнув, ставит дочку на ножки и начинает ее раздевать. Я застываю статуей.
- Может, есть смысл попробовать,Саш?..
Не знаю, что на это ответить. Мне очень страшно.
- Если бы твой отец, хоть на половину вел себя так же, как Олег, я была бы счастливейшей из женщин.
- Ты и так счастлива. Разве дядю Витю...
- Не упусти свой шанс на счастье, Саша, - перебивает она.
Глава 58.
Олег."
"Открыв стилизованный под старый глобус бар, Резников достает бутылку коньяка и бутылку виски. Лебедев вынимает контейнеры с закуской из бумажных пакетов.
Я сворачиваю окна в своем ноуте и на часы смотрю.
- Виски? - спрашивает Глеб.
- Я не буду.
Головы моих друзей как по команде поворачиваются в мою сторону. В глазах обоих полное недоумение.
- Дела, - поясняю я.
- Воскресенье же. Какие дела?..
Они еще не знают о переменах в моей жизни, а не спешу делиться, потому что суеверно сглазить боюсь. И да, сегодня у меня дела. Важные.
- Контракт обмыть даже не хочешь? В приметы, что ль, не веришь?
- Без меня, парни.
Собираюсь подняться с кресла, но рука Руса возвращает меня обратно. Глеб усаживается на стоящий вдоль стены диван и, опираясь локтями в колени, подается вперед. Оба смотрят на меня, как на смертельно больного.
