Поэтому небось и завела пятнадцать собак, чтобы было чем заняться, а то ведь со скуки помереть можно! Теперь главное, чтобы дома оказалась Зина Серова, она-то в отличие от богачки каждый день вынуждена трудиться. Зинка переводчица, «перетолковывает» с немецкого на русский детские книжки. Надеюсь, не умотала в издательство за очередным заказом.
Но фея удачи продолжала мне улыбаться во весь рот.
– Да! – рявкнула Зинка.
– Слышь, Серова, – отозвалась я, – дай бабушкин комплект поносить, только на один день.
– Приезжай, – милостиво разрешила подруга, – как раз Танька его вчера вернула, на свадьбу брала.
Зиночкина бабушка была богатой женщиной, то ли графиней, то ли княгиней. Немалое состояние погибло в горниле революции. Бабуля успела спрятать совсем немногое. И среди прочего невероятной красоты набор: серьги, кулон и перстень. Огромные, редкой чистоты изумруды в платине с бриллиантами. Зинка дает поносить вещи близким подругам, желающим произвести впечатление на кавалеров или работодателей…
– На, – сунула она мне на пороге замшевую коробку, – в метро не надевай, неси в сумке, прижми к сердцу.
Потеряешь, убью.
Я кивнула и двинулась в сторону метро.
Рублевское шоссе – суперпрестижное место для проживания, и поселок, куда лежал мой путь, явно не был рассчитан на людей, которые пользуются общественным транспортом. Мне пришлось ждать на ледяном ветру маршрутное такси, а когда оно наконец появилось, выяснилось, что я в очереди тринадцатая, и «Автолайн», выпустив струю вонючего выхлопного газа, стартовал без меня…
Наконец, замерзнув до окоченения, я добралась до остановки «Немчиновка» и спросила у мужика в жутко грязной куртке:
– Где поселок Новый?
– А иди через поле, – мотнул головой абориген, – напрямик шуруй, никуда не сворачивай.
Потом окинул меня оценивающим взглядом и добавил:
– Только ежели мечтаешь у них на работу устроиться, то зря.
– Да, – заинтересовалась я, – им прислуга не нужна, сами убирают?
– Как же, – заржал мужик, – такие люди не бегают с сумками по магазинам.
Только когда поселок построился, наши бабы обрадовались, думали, их домработницами возьмут. Обломилось! Там уже были слуги. Так-то! Имей в виду, работы не сыщешь!
– Далеко идти?
– Километра четыре.
Я присвистнула:
– Чего же так неудобно построились! Это сколько же от остановки переть!
Мужчина засмеялся:
– Ну ты хохмачка! Они же все на машинах, вжик – и на месте!
Я вздохнула, накинула капюшон и пошла по тропинке через поле.
