С одесского кичмана сорвались два уркана…– Кто сказал, что я пьян? – ухмыльнулся Аким.
– Да, – подвякнул Ленинид, – кто? Всего-то по полбутылочке и вышло, тьфу, а не выпивка!
Аким поднял вверх указательный палец:"
"– В малых дозах алкоголь необходим!
– Но ты раньше отказывался даже лекарства на спирту пить, – бормотал Филя. – Как же, меня из-за пива ругал, только в этом году разрешил по бутылочке в неделю…
– Вот, уважаемый Ленинид, – пропел Аким, – мой дорогой сват, и указал на ошибку! Алкоголь необходим… Эй, давайте лучше споем
Не стая воронов слеталась…– Нет, мрачно, – влез Ленинид.
Постой, паровоз,Не стучите, колеса,Кондуктор, нажми на тормоза.Я к маменьке родной с последним приветомСпешу показаться на глаза…– Хорошая песня, – одобрил свекор, – мне нравится, когда о родителях с почтением говорят, только я ее не знаю.
Ленинид начал стягивать куртку.
– Что же мы с тобой никак не споем?
Я хихикнула. У мужиков явные трудности с репертуаром. То, что знает Ленинид, неведомо Акиму, и наоборот.
– «Катюшу» давай! – выкрикнул свекор.
– Точно, – восхитился Ленинид.
– Скоро и я у вас сумасшедшей стану, – возвестила Лерка, слушая, как мужчины, стаскивая ботинки, фальшиво выводят:
Выходила, песню заводила,Про степного, горного орла…– По-моему, они слов не знают, – шепнула мне Томуська.
– Папа, зачем вам еще пиво? – укоризненно спросил Филя, отнимая у Ленинида сумку с бутылками.
– Не смей делать старшим замечания, – ответил Аким, – еще не дорос. Поди посмотри телевизор, пока мы с дядей Ленинидом побеседуем.
Иди, иди, детям не место среди взрослых!
Лерка захохотала и подхватила Филю:
– Пошли, детеночек, посмотрим «Спокушки».
– Ступай, – кивнул Аким, – но помни, не больше пятнадцати минут!
Обхватив Ленинида за плечи, свекор заявил:
– Давай на кухню, сейчас нам бабы селедочку разделают, с лучком.
– Фиг вам, – сказала я.
– Сердитая ты, доча, – улыбнулся Ленинид, – видишь, хорошо людям, так нет, обязательно надо настроение испортить.
– Молчать! – рявкнул Аким и ткнул в меня пальцем.
– Как смеешь отцу перечить? Ты, Ленинид, мало ее порол! Плохо воспитывал!
– Он мной вообще не занимался, – пояснила я, – некогда было, по зонам мотался.
– Подумаешь, – фыркнул Аким, – человек искал себя, метался. История литературы полна таких примеров. Солженицын сидел, Достоевский сидел, Радищев тоже…
– Но они же не кошельки перли, – возмутилась я.
– Не смей отцам перечить, – велел Аким.
– Их у меня что, много? – обозлилась я.
