Осмелевшие, в период всеобщей неразберихи, криминальные элементы получили отпор и стали действовать осторожнее.
***"
"Пройдя проверку на московском транспорте Протасов окончательно закрепился в компании Амбала, отныне он вместе с другими корешами участвовал во всех делишках и кутежах. Покуда он считался начинающим карманником или фраиндом - помощником карманного вора, тем не менее воровские законы, по которым жили его новые друзья, позволяли ощущать себя наравне с другими. Дома Мишка больше не появлялся, хотя частенько вспоминал о родителях, о беспечной и комфортной довоенной жизни.
В такие моменты он доставал из кармана бронзовую спичечницу, рассматривал её узоры и мечтал о том счастливом моменте, когда завладеет всеми частями талисмана старинного дворянского рода Протасовых. Гораздо реже ему вспоминалась родная сестра, к которой никаких чувств, кроме ненависти у него никогда не было. Анна была слишком правильной, слишком занудной девчонкой. Если отец с матерью даже сквозь нравоучения и ругань не скрывали своей любовью к сыну, то старшая Сестра обходилась без сантиментов.
Среди новых знакомцев Мишку всякой ерунда не учили, здесь преподавали самое необходимые для выживания предметы - где сподручнее и без лишнего риска разжиться монетой, как безошибочно распознать в толпе будущую жертву, как выбрать подходящий момент для этого общения, как чисто обобрать её и как незаметно унести ноги. Помимо всего прочего, Мишка неплохо изучил блатной жаргон, обычаи, свод правил и уклад воровской жизни.
- Погодь Миха, - любил по пьяни говаривать Амбал. - Через годок - другой оформишься в настоящего артиста. (артист - опытный аферист, шулер)
В новой компании Протасову нравилось все, больше всего его, конечно же, привлекала свобода, а также то, что его никто не воспитывал, никто не ругал даже когда он совершал ошибки. Основным местом добычи денежных средств у дружков Амбала оставался Московский транспорт, на дело они выходили через день или два, это зависело от объёма предыдущего улова.
Подрезов карман или сумку в восточной части Садового кольца, следующий раз они начинали охоту на западной, потом в районах Октябрьской или Добрынинской площадей, а завершался цикл между Горького и новой Басманной. Подобная осторожность увеличивала шансы остаться неузнанным.
В июне июле 1941 года магазины ещё ломились от продуктов и других товаров, но никто не предполагал, что война продлится так долго.
