Не забывал Мишка и о главной своей мечте - собрать отцовский талисман и узнать тайну дворянского рода Протасовых."
"Он был уверен на все сто, нет на двести процентов, что в надписи содержалось название их родового гнезда и указывались точные координаты, спрятанных фамильных драгоценностей. Как же он хотел до них добраться. Но для этого, сначала, требовалось выкрасть у матери её бронзовую заколку, а потом приступить к самой трудной задаче – разузнать, где хранятся конфискованные у отца вещи.
Он очень надеялся, что бронзовый зажим для галстука не прилип к рукам какого-нибудь следака или опера, а лежит среди прочего отобранного имущества на одном из материальных складов НКВД.
«После ареста папы, нас с мамой выселили из большой квартиры, теперь мы живём в бараке в Хомутовском тупике, между новой Басманной и Карла Маркса, наш барак стоит недалеко от железной дороге», - Протасов накрепко запомнил сказанное старшей сестрой в последние минуты её жизни.
Он постоянно держал в уме адрес, готовясь отправиться туда и начать слежку за бараком, но прочие задумки и текущие дела отвлекали, отнимая силы и время.
А в 1945, когда дни Третьего рейха были сочтены, Советская контрразведка начала сразу несколько масштабных операций на освобождённых территориях и в глубоком тылу. Прорывавшиеся из окружения или бежавшие из фашистского плена, военнослужащие проходили многочисленные фильтрационные лагеря и кордоны, а в больших промышленных центрах начались повальные проверки и аресты подозреваемых в связях с немецкой разведкой.
Мишка затаился и пару месяцев прожил в своей квартирке почти безвылазно.
О Хомутовском тупике, примыкавшем к Садовому кольцу и находящемуся в опасной близости от центра Москвы, пришлось на время забыть. Находясь в вынужденном заточении, он дозрел до необходимости избавиться от бывших подчинённых. Их расшатанные нервы, трусость, слабая воля, неуёмная тяга к алкоголю, и, как следствие, болтливость могли привести к фатальному исходу.
И Мишка начал обдумывать план действий. Немного выждав после окончательного разгрома Германии, он отправился навестить радиста. Тот жил на прежней конспиративной квартире, подрабатывал дворником. В его жизни мало что поменялось – та же вонь и мусор в доме, те же пустые бутылки, тот же похмельный вид с опухшим лицом и трясущимися руками.
