— Нюшенька… она услышала наш разговор с Гелей. Плохое мы говорили. Вот она и убежала. И Геля тоже ушла.
И снова отводит взгляд и смотрит заторможенно.
— Может, все-таки в больницу?
Бля, че делать-то? Кого первым спасать?
— Ты лучше Танюшу найди.
В этот момент у Маргариты Львовны звонит телефон. Она отвечает на вызов, разговаривает недолго и потом обращается ко мне:
— Слав, сходи к Кузьминичне, Таня у нее.
— А вы?
— Я буду ждать вас тут, — произносит уже бодрее. — А теперь иди. Вниз по улице, последний дом.
Он приметный, ты разберешься."
"Киваю. Решаю, что лучше поехать на тачке, — неизвестно, где этот «последний дом». Останавливаюсь возле впечатляющего домишки. Старый, вокруг куча вековых деревьев. Стоит обособленно.
На крыльцо выходит женщина — видимо, она и есть та самая Кузьминична. Машет мне рукой, я открываю калитку, захожу. Местечко, конечно, атас. Пальцы моментально леденеют, и волосы на загривке начинают шевелиться.
— Приехал? — заглядывает мне в глаза.
Кто она тут? Местная сумасшедшая или деревенская ведьма? Уж больно колоритно все смотрится.
И дом этот, и сама женщина.
— Приехал.
— Проходи в дом. Таня вот-вот проснется.
— А почему она спит у вас? — хмурюсь.
На часах пять вечера. Не поздновато то ли для сна?
— Потому что ей больше негде спокойно выспаться. А ей это нужно, понимаешь?
Вроде как понимаю, но есть ощущение, что эта самая Кузьминична говорит о нечто большем.
— Наверное, — пожимаю плечами.
— Значит, позже поймешь.
Прохожу в дом и сразу попадаю в небольшую кухню.
Недалеко от стола стоит топчан, на котором спит Таня. Так сладенько, сложив ладошки и приоткрыв ротик.
Протягиваю руку и глажу ее по голове, на моем лице неконтролируемо расцветает улыбка. Осматриваю ее, и, когда вижу перемотанную ногу, улыбка меркнет.
— Что у нее с ногой? — оборачиваюсь к женщине, которая сидит на стуле и внимательно следит за мной.
— Наступила на стекло и поранилась. Не переживай, ничего страшного.
Продолжаю гладить рыжую.
Ее ресницы начинают трепетать, она открывает сонные глазки. Смотрит на меня, растягивает губы в ласковой улыбке и сладенько потягивается.
Мр-р-р, кошечка моя, девочка красивая.
— Ну привет, — улыбаюсь, как дебил, ловя остатки ее неги.
— Привет, — отвечает ото сна хрипло.
Моргает, наводит фокус, потом, будто вспоминая, где находится, садится резко, и улыбка пропадает из ее глаз.
— Что ты тут делаешь? — спрашивает шокированно.
— Приехал за тобой.
