Демон в бешенстве, а я с трудом сдерживаю хохот.
— Сейчас я оторву его золотые яйца и прибью над вывеской, а потом отправлю туда, где из этой курочки сделают петушка! — оглядываюсь, Лешка идет наверх по лестнице, подозрительно поглядывая на нас.
— Дема, он ко мне не пристает. Ему вообще Карина нравится! — придумываю… а может и не придумываю.
— Раяна, ты не умеешь нормально врать, — препарирует взглядом, но мне совсем не страшно. Самое большое наказание, что мне грозит — жесткий секс марафон, на который я порой сознательно нарываюсь.
— Демьян…
— Я ему руки переломаю, чтобы он не протягивал их к тебе!
— Ты мне не доверяешь? — применяем другую тактику. Демьян всем своим видом дает понять, что не сработает. — Поехали домой?
— Иди в машину, я сейчас приду.
— Демьян!
— В машину, Раяна! Или я подумаю, что ты о нем беспокоишься.
— Конечно, беспокоюсь, он мой сотрудник, только благодаря ему у нас каждый день полный зал девушек! — если я хотела успокоить Демьяна, не стоило упоминать, что на Лешу вешаются все наши клиентки.
Скрипнув зубами, он идет наверх. Мне остается только молиться, чтобы Леша не пострадал! Дурак! Вот кто его просил убирать это дурацкое перышко!
Мне хочется пойти за Демьяном, но я точно знаю, это его еще больше разозлит. Забираю сумку и иду домой. Пешком! Не успеваю отойти от здания, как Демьян оказывается на улице и кричит мне:
— Далеко собралась?
Тревожно от того, что он так быстро вышел. Хочется узнать, жив ли еще Алексей, но я не оборачиваюсь. Я обижена!
— Садись в машину, — притормаживает возле меня его новый спортивный автомобиль.
Закинув сумку на плечо, складываю руки на груди, жду! Осталось только ножкой притоптывать. — Они там с Каро сосались, — кривит губы в усмешке. — Я не стал его убивать, а то она так и умрет нетраханная, — Дема смеется, а я так и стою, хлопаю глазами. Шутит? Может мне сходить самой убедиться? Правда целуются?
— Раяна, что за реакция? Садись в машину, — я послушно иду к пассажирской двери.
— Дема, ты хоть понимаешь, как будет здорово если они…
— Мы не будем их сводить, сами разберутся, ты лучше о себе побеспокойся, — срывает машину с места.
— А что мне о себе беспокоиться? — пожимаю плечами.
— Я до сих пор зол на тебя, моя девочка. Ты какого хрена улыбалась этой горе мышц?
— Мы просто общались, — Демьян не злится, он раскачивает меня на долгий секс. Прелюдия у нас такая. — Мне долго придется просить прощение? — понижаю голос, обвожу кончиком языка губы. Взгляд Демы — непроглядная темнота.
