Мы въезжаем в не самый лучший район, где я теперь снимаю жильё. Но квартира приличная, и это главное.
– Ань, почему так всё не вовремя? – удручённо спрашиваю я.
– Может быть, наоборот, вовремя? – Сестра пожимает плечом. – Детей нет, и, если честно, я всегда к Владу относилась настороженно. Ну слишком уж идеальный. Так не бывает.
– Да, я сама виновата. Возвела его на пьедестал и очевидного не замечала.
– Нет, не вини себя. Влад – хамелеон. И я уверена, что до суда не дойдёт, когда он узнает, что Яр или кто-то из его команды будет тебе помогать.
Отзовёт иск, потому что ссыкло, которое за деньги удавится. Но вот с долей… – Аня шумно вздыхает. – Здесь встанет в позу, и вас с Мариной очень жалко.
– Этого я и боюсь. Мне терять нечего, а у Марины мама больная.
– Ну не вешай нос. Всё будет хорошо. Обещаю, – улыбается Аня.
Я думала, что у меня надёжный тыл, доверяла Владу, а в итоге всего лишилась и осталась одна с дырой в сердце и отсутствием веры в людей.
Мы переносим вещи в мою новую квартиру и пьём чай.
Сестра рассказывает о своей поездке в Москву и о том, куда они с Ярославом планируют отправиться в ближайший отпуск.
– Ну всё, сис. До вечера? За тобой заехать, или сама примчишь в «Румию»?
– Сама. Хочу пару часиков вздремнуть, а потом к Марине поеду.
– Хорошо.
Анька чмокает меня в щёку.
– Кстати, в «Румии» всегда полно молодняка. Может, кого присмотришь себе для снятия стресса? – подмигивает сестра.
– Нет, – возражаю сразу, идя за Аней в прихожую.
Одного уже с подачи Привалова присмотрела. Хватит с меня. Но вслух я ничего не говорю об Измайлове. Запрещаю себе о нём вспоминать. Хотя вечерами не получается не думать о гадёныше. Картинки того утра и последующего дня, который мы провели вместе, часто всплывают в голове. И это куда приятнее, чем анализировать поведение Влада и его выходки. Теперь я жалею, что от денег Измайлова избавилась, выкинув их в окно. Сейчас бы они пригодились. Ох уж этот горячий южный темперамент.
Перед встречей с Мариной я успеваю немного поспать, но голова всё так же дико болит, и, как назло, обезболивающее закончилось. Облачаюсь в любимую юбку и джемпер, распускаю волосы, подкрашиваю бледные щёки румянами и мчу к Листовой. Аня звонит около семи, говорит, что они с Ярославом едут в «Румию» и ждут меня.
– Кто бы знал, что всё так будет, – грустно вздыхает Марина, глядя, как я сканирую документы.
– Прости, Марин...
Чувствую себя виноватой.
