Бросает в жар от его напора. Он будто знает, на какие нажать точки, чтобы сделать приятно. Внизу живота не просто сладко ноет, а болит от желания, как я хочу его внутри себя. Сумасшествие.
– Я без защиты, лапуль. – Измайлов требовательно оглаживает моё дрожащее, изнывающее от его ласк тело. Упирается своим возбуждением мне в живот. – Как предохраняемся?
До меня не сразу доходит, о чём он.
– Кажется, у сестры было... – отвечаю заплетающимся языком. – Сейчас.
Я чуть не врезаюсь в косяк, когда иду в спальню Ани и Яра.
Достаю из шкафчика презервативы и возвращаюсь обратно. Измайлов смотрит с восхищением, когда видит меня и моё смущение: я схватила разом упаковку и там не менее десяти штук.
– Всё же я не ошибся в тебе, да лапуль? – с самодовольством спрашивает он. – Ты горячая штучка.
Закатываю глаза и бросаю в него коробочку.
– Я сейчас передумаю, и ты поедешь домой без вот этого всего.
Щёки горят огнём, ноги ватные.
– Нет. Не поеду. Ты раздразнила.
Он ловит меня за руку и тянет на себя.
– Иди ко мне, Соня.
Когда Измайлов называет по имени, это сильно заводит. Словно он выделяет меня из всех своих лапуль.
Я оказываюсь в его объятиях. Измайлов налегает на меня тяжестью своего тела и жадно целует. Мне хорошо с ним. Очень хорошо. Но осознание, что я изменяю Владу, потому что пока ещё нахожусь в официальном браке, заставляет испытывать противоречивые чувства. Хотя... плевать на всё. Трусь носом о щетину на подбородке Измайлова и отпускаю мысли. Он заполняет меня собой снова и снова.
Ускоряет темп и доводит до помутнения рассудка. Проводит ладонью по моей щеке и засовывает палец мне в рот. Водит им по губам, касается языка. Голова окончательно отключается. Обхватываю его губами и начинаю посасывать, чувствуя, как меня накрывает волной экстаза.
– Нет… Хватит, – шепчу я, когда Паша, отдохнув, снова начинает меня ласкать. – Этого вообще не должно было произойти. Если бы не вчерашнее происшествие в парке и твой порез...
– Лапуль, мне больше нравится, когда из твоего рта вырывается нечто подобное… – Он проводит языком по коже, прикусывает особенно чувствительный участок тела, и оно тут же реагирует на его ласку: из лёгких вылетает хриплый стон.
Похоже, Паша задался целью довести меня до приступа, потому что сердце стучит в груди, как сумасшедшее, от всех его движений и напора. Обессиленная, я засыпаю в его объятиях. Мы несколько раз подряд занимались любовью. На улице сумерки.
