Их так много, что затапливает всё вокруг.
Паша замирает, скинув ботинки, и его брови дёргаются вверх, когда он замечает меня, прислонившуюся к стене и наблюдающую за ним.
– Кто-то не выглядит сильно удивлённым, – расплывается в улыбке Измайлов. – Сестра сдала, да?"
"Я мечусь глазами по его лицу и не могу сдвинуться с места. Дыхание вновь учащается. Он надолго прилетел? Или через пару дней снова вернётся в Москву?
– Только что звонила. Почему ты не предупредил? – Вздыхаю и всё же делаю шаг навстречу, понимая, как морально измотана этой разлукой.
– А чёрт его знает, – пожимает он плечами. – Сказал бы заранее – ты была бы на иголках весь день.
– Ты же не улетишь? – шепчу я. – Останешься до родов, да?
Сердце быстро стучит, пока жду Пашин ответ.
– В тоннеле сейчас ремонт идёт. Скитаться по гостиницам, когда у жены жильё за границей? Нужно быть полным глупцом, лап, – зевает Измайлов и наконец заключает меня в свои объятия.
Несмотря на то, что он здесь и прилетел, в груди всё равно тоскливо тянет.
Я давно стала зависимой от него. И этого не изменить. Мы долго стоим посреди прихожей и обнимаемся.
– Паш?
– Что? – тихо отзывается он, перебирая пальцами мои волосы.
– Когда ты в последний раз нормально отдыхал?
Измайлов отстраняется, на его лице появляется задумчивое выражение, улыбка исчезает.
– Подловила, Софья, молодец. Почти трое суток не спал. Думал, в самолёте подремлю, но не получилось. Валюсь с ног от усталости.
Ответ для меня и так очевиден.
– Ты голоден?
– В самолёте перекусил.
– Тогда идём в спальню, – распоряжаюсь я и тащу его за руку вглубь дома.
Свежим ремонтом в детской и гостиной похвастаюсь позднее.
– Уверена? – усмехается Паша и опускает глаза на мой выпирающий живот. – Тебе разве можно?
– Спать пошли, псевдоизвращенец. Знаю ведь, что не прикоснёшься ко мне.
– Лап, мне бы в душ для начала…
– Потом сходишь. – Я толкаю его на кровать и устраиваюсь рядом.
Измайлов аккуратно прикладывает ладонь к моему животу, не сводя с него уставших красных глаз.
Наверное, непривычно видеть меня такой круглой? Самой иногда не верится, что внутри меня развивается новая жизнь.
– Спит? – спрашивает он.
– Очень редко. Весь в отца, – подначиваю я.
Паша усмехается и достаёт из кармана джинсов телефон. Снимает блокировку, открывает галерею и протягивает мне.
– Что там? – Я прищуриваюсь и не тороплюсь брать «мину замедленного действия», заметив, каким предвкушением горят его глаза.
– Видео в папке. Посмотри.
