– Как у Софьи дела? – интересуюсь у Привалова, когда он прячет телефон в карман брюк.
– Суд на днях по разделу имущества.
Внутри появляется знакомое чувство раздражения. Какая же упрямая коза! Отчасти я понимаю её нежелание брать мои деньги, но всё равно бешусь."
"А ведь могла бы и промолчать о беременности, продолжать со мной сексом заниматься и ждать удобного момента, чтобы впоследствии всё обставить так, будто ребёнок от меня. И я бы поверил, потому что сильно ей увлёкся. Но правда в том, что она не смогла бы так поступить.
Честна перед собой в первую очередь. Уважаю её за это. Вокруг много грязи и лицемерия, но она старается держаться от этого дерьма как можно дальше.
Привалов и Рогожин снова заводят разговор о работе, и я отворачиваюсь. Ищу глазами Аню – она танцует в толпе. Похожи с сестрой. Очень.
– Что врач говорит? Когда можно Эверест покорять? – спрашиваю я Эрика и делаю ещё глоток виски. Мыслить становится легче.
Решаю забить на проблемы и немного расслабиться, а потом ехать домой, отсыпаться.
К обеду закрою вопросы с платёжками и буду ждать появления Габузова. Он любит мне нервы пощекотать. Ничего не остаётся, как оказать ему встречную услугу.
– Полгода без физической активности. Такое чувство, что лишили чего-то очень важного и ценного. Так пусто внутри, – тяжело вздыхает Эрик. – Я планировал иначе провести этот день.
– Полгода? Секс тоже под запретом?
– Шрамы у меня в других местах, – ухмыляется он. – Если бы ещё и сексом запретили заниматься, то я бы уже был на пути в Тибет, чтобы податься с горя в монахи.
И вообще я решил наплевать на предостережения врачей. Пару месяцев потерплю, а потом на Чегемские водопады поеду. Там, говорят, отличный курорт. «Флай Чегем». Посмотрю, что и как. Со мной не хочешь?
– Я пас. Работы много. А ты, как соберёшься, завещание не забудь составить и фирму на меня перепиши на всякий случай.
– А губа у тебя не треснет всё под себя грести? Нет, кое-что вам с Асадовым перепадёт, если вдруг коньки отброшу, но явно не моя фирма.
Я подписал согласие на трансплантацию органов. Себе можешь взять мои мозги, раз так нравятся, а Динару отдам сердце.
– Мозги разве входят в этот перечень? И что мне с ними делать? Думаешь, в моём черепе так много места? И почему Асадову сердце, а мне серое вещество? Так-то я с тобой больше времени провожу и в больницы езжу навещать, апельсины с бананами таскаю.
– Ты даже не представляешь, какой он душевный и глубокий человек.
