Но лапа по итогу оказалась своенравной и брыкучей козой. Динар, аппетит зверский, глаза слипаются от усталости. Хоть спички вставляй. Я ещё курить бросил. Если не поем, то сорвусь. Поехали куда-нибудь посидим, а?
– Не самое удачное время ты выбрал, чтобы бросить курить. Сорвёшься. Всё же у вас с Эриком много общего. Оба раздолбаи.
– Да пошёл ты.
Асадов смеётся, я беру папку в руки, и мы выходим из кабинета.
– Отбой на сегодня, Марина. Все расходимся по домам.
– Я Таня, – взволнованно лепечет секретарша и округляет глаза.
"
"Чёрт, плохи дела. Обычно я запоминаю имена отличившихся сотрудников. Видимо, опять кадровику искать новенькую секретаршу.
По дороге домой заезжаем в ресторан. Асадов рассказывает о жизни в Мюнхене. Показывает новые фотки Тимура. Нравится мне их пацан с Наташей. На Динара сильно похож. Надеюсь, и характером в него пойдёт. Таких людей, как Асадов, днём с огнём не сыскать по этой грёбаной жизни. Максу и Наташе очень с ним повезло. Ну и мне немного перепало этой удачи.
– Что с Белецким? Давно не объявлялся? – спрашивает Динар, делая глоток кофе.
– После того как я твоих ребят к нему направил, он в больничке провалялся месяц, потом выписался и свинтил куда-то. Больше ничего о нём не слышал. Сижу как на пороховой бочке. Послал же бог родственничка. Кстати, где Степан сейчас, не знаешь? Мне водитель нужен.
– В Питере. У Кардашина работает. Могу набрать его завтра.
– Набери. Зарплатой не обижу.
– Из Питера тогда с ним вернёмся. Будешь с водителем.
Домой возвращаемся ближе к полуночи.
Я отключаю телефон и заваливаюсь спать. Просыпаюсь утром и первым делом проверяю почту и звонки. Вроде ничего важного не случилось за несколько часов отдыха. Набираю Привалова. Пусть прикроет меня, пока отосплюсь.
– Ярослав, доброе утро. Папка у меня на столе по Федотову лежит. Проверь всё, а то я вчера на последнем издыхании был, мог что-то упустить. Мне завтра с ней к человеку ехать.
– Без проблем, – отзывается Привалов.
– Аня уже улетела?
– Да.
Я раздражаюсь из-за того, что снова вспоминаю о Софье.
Зарекался же хоть как-то вмешиваться в её жизнь, но этот «личный вопрос» Зиминой не даёт покоя со вчерашнего вечера.
– К сестре?
Что радует, никто из них – ни Аня, ни Ярослав – и словом не заикается о ней, пока сам не спрошу. Это похвально. Подобное я ценю. Не люблю людей болтливых и сующих носы туда, куда их не просят.
– Да, к ней.
Завершаю разговор с Приваловым и набираю Молчанова – узнать, пригодилась ли ему чёрная папка.
